установил:

7 ноября 2003 г. в кв. 90, д. 8 по Таврической улице совершено убийство гражданина Новгородского. Из квартиры похищены две картины, художников Малевича и Филонова, представляющие высокую художественную ценность.

В процессе расследования 20 ноября 2003 года при попытке продать указанные картины в антикварном магазине был задержан гражданин Мостовой О. Н.

При первичном допросе в качестве подозреваемого (с применением видеозаписи) Мостовой О. Н. признал себя виновным в хищении полотен авторства Малевича и Филонова. Однако впоследствии от первоначальных показаний отказался, отрицая свою причастность к краже и заявляя, что в квартире № 90 не был, а картины приобрел возле станции метрополитена «Охотный Ряд» у незнакомого мужчины.

При задержании Мостового у него были изъяты ботинки. Форма и размер их дают основание предполагать, что следы обуви, обнаруженные во время осмотра места происшествия, оставлены ботинками, изъятыми у Мостового О. Н.

Принимая во внимание, что для выяснения этого вопроса необходимы специальные познания, руководствуясь ст. 78 и 184 УПК РСФСР, постановил:

1. Назначить по настоящему делу трассологическую экспертизу, производство которой поручить экспертно-криминалистическому отделу ГУУР МВД РФ.

2. На разрешение эксперта поставить следующий вопрос: не оставлены ли следы, обнаруженные в кв. 90, дома 8 по Таврической улице во время осмотра места происшествия, ботинками, изъятыми у Мостового О. Н.?

3. В распоряжение эксперта предоставить ботинки, изъятые у Мостового О. Н., и два гипсовых слепка со следов обуви, обнаруженных на месте происшествия во время его осмотра.

Руководитель следственно-оперативной группы Генеральной прокуратуры РФ государственный советник юстиции третьего класса Турецкий А. Б.

* * *

Александр включил принтер, из узкой щели пополз лист бумаги. Зазвонил телефон.

— Турецкий, — чуть раздраженно произнес он, прижимая трубку к плечу, одновременно вытягивая текст и прикуривая.

— Александр? — раздался в трубке глуховатый голос Меркулова. — Зайди ко мне.

— Иду, — откликнулся тот. — Через пять минут буду.

В приемной заместителя генерального прокурора благоухала французским парфюмом Клавдия Сергеевна.

— Привет, моя радость! — привычно бросил на ходу Саша и направился к двери начальника.

— Какая же я радость? Что-то радости на вашем, Александр Борисович, лице не видно?

— Это не твоя вина.

Саша подмигнул боевой подруге и скрылся за дверью.

— Здравствуй, Саша, садись, — устало произнес Меркулов. — Ну, что там у вас по Новгородскому?

— А что у нас? Дела идут, контора пишет.

Саша положил на стол папку.

— Кого вы там схватили и упрятали в застенки?

— Ага, пытали электрическим током, подвешивали за...

— Давай по делу! У вашего обвиняемого отец — президент банка «Арго». Так что нам пристальное внимание со всех сторон обеспечено. Вот мне уже жалобу адвокат принес. И ходатайство об изменении меры пресечения под подписку о невыезде. Прочитать?

Турецкий отрицательно мотнул головой, поморщившись, как от зубной боли.

— Здесь и характеристика безупречная с места учебы прилагается. И про то, что данное правонарушение является первым и единственным, очень художественно рассказывается. Про то, как он любит бабушку и домашних животных. И вообще он белый и пушистый... Где мальчишка?

— В СИЗО. Условия содержания нормальные, камера вполне приличная.

— А с подпиской о невыезде нельзя было оставить?