Шрифт:
– Иди за Лешкой, мы уезжаем.
– Нет Саш, прости, но уезжаем я и Алексей, - стараясь говорить спокойно, сказала Таня.
– Ты о чем?
– напрягся Артемьев.
– Ты соображаешь, что ты только что натворил?
– Я не понимаю, - для него стало сюрпризом, что он еще в чем-то и виноват. Он сделал все, чтобы остаться с Таней, а ей еще что-то не нравится.
– Саш, ты отказался от мамы. От той, которая тебя родила. Той, которая тебе сопли утирала, сидела рядом с твоей кроватью, когда ты болел, кормила тебя с ложечки и читала сказки на ночь. Какая бы она мать не была, но вырастила тебя она. Человека из тебя сделала она. А ты? Ты очень благодарный сын, раз кидаешься такими словами.
– Она поставила меня перед выбором, - ошарашенный тирадой Тани, тихо проговорил мужчина.
– Ты сам заставил ее это сделать, - жестко сказала Татьяна и начала наступать на Сашу. Как бы комично это не смотрелось, но Артемьев отступал под напором его хрупкой девушки.
– Ты бросил эти слова про выбор. Она лишь спросила, что будет, если она это сделает.
– Да чем ты недовольна? Я отказываюсь от всего в пользу тебя, - взорвался Саша. Его уже не заботило, что на крик может прибежать Лешка, которого он всеми силами хотел оградить от всей грязи, произошедшей в гостиной.
– А я тебя просила об этом?
– вопрос Тани поставил в тупик.
– Я ни черта не понимаю, - процедил он сквозь зубы и сжал кулаки.
– Саш, я собиралась строить отношения с тобой, а не с твоей семьей. Рано или поздно, они бы смирились с твоим выбором, в конце концов, ты взрослый мужчина. Но сейчас ты повел себя, как несдержанный подросток.
– Заткнись, - взревел Александр и саданул кулаком в стену, сбивая костяшки пальцев в кровь.
– Заткнись!
– Вот как значит?
– холодно усмехнулась Таня. Она не боялась, что Саша поднимет на нее руку. Он может уничтожить ее морально, но физически никогда не причинит боли - это она знала точно.
– Что я должен был сделать? Слушать и дальше, как она тебя оскорбляет? Принять ее сторону? Может, мне и жениться на той, которую она мне предлагает?
– Не передергивай, - осадила Татьяна.
– Ты, как никто другой знаешь свою маму. Ты знал, чем закончится эта встреча, но все равно настоял на этой поездке. Чего ты добивался, Саш?
– Таня, не беси меня, - рыкнул Саша.
– Мы сейчас можем наговорить друг другу много глупостей, а потом пожалеть об этом. Так что иди, забирай Лешку и поехали домой.
– Нет. Я тебе уже сказала, что домой поедем я и мой сын, - подвела итог Татьяна.
– Да почему?
– взревел Артемьев.
– Потому что мне страшно, Саш, - она не стала ничего скрывать.
– Почему?
– Ты с такой легкостью отказался от матери, и я боюсь, что так же легко ты когда-то решишь отказаться от меня и Лешки.
– Ты совсем дура?
– Тебе нужно успокоиться, - поняв, что разговор дальше будет пустым и никому не нужным, Таня вышла из гостиной и, наткнувшись взглядом на "раздавленную" Анастасию Игоревну, замерла на секунду, после чего проследовала в сад за сыном.
Саша остался в гостиной. Его бесило такое непонимание со стороны Тани. Раздражало то, что она не оценила его намерения, а наоборот обвинила в черствости.
"А что мне нужно было поступить также, как и Яру?", - в сердцах подумал он, но моментально отвесил себе мысленный подзатыльник.
Услышав знакомый голос, который вызывал такси, Саша в голос застонал.
"Только ее здесь и не хватало".
Переложив пакет с презентом Лешки на стол, он с ногами улегся на диван и прикрыл глаза. То, что ему предстоят крупные разборки, Саша чувствовал спинным мозгом. Решив набраться сил, чтобы суметь противостоять сестре, он попытался уснуть. Мысли постоянно возвращались к девушке, которая сейчас стояла на крыльце и ждала пока приедет заказанная машина.
Гордость, вот что останавливало Сашу, чтобы не сорваться с места и не пойти за своей женщиной, чтобы остановить ее от необдуманного поступка, как думал Артемьев.
Он слышал, как к дому подъехала машина, как хлопнула дверца, после чего автомобиль выехал с территории участка.
Зажмурившись и глубоко вздохнув, Саша начал считать. Он успел посчитать лишь до семи, как в гостиную ворвалась Ксана и набросилась на него с кулаками.
– Ты дебила кусок!
– кричала она, молотя брата кулачками по груди. Саша даже глаз не открыл, продолжая все также спокойно лежать.
– Что ты сделал? Что сказал? Почему она ушла?