На третий день он вернулся. Застыв и затаив дыхание, она слышала, как открылась и снова закрылась дверь.

— Силла?

Это он. Она немного расслабилась. Но она не видела двери и не знала, один он или с кем-то.

— Силла, это Ляпсус… Патрик. Ты тут?

Она выглянула из-за выступа. Увидев ее, он просиял. Он был один.

— Черт. Я боялся, что ты уже ушла.

Вздохнув, она встала.

— Я хотела, но штука в том, что у нас сейчас сильный напряг со спальными местами.

Тут она заметила, что в руках у него коврик-пенка, а из-за спины выглядывает основательно упакованный рюкзак.

— Куда это ты собрался?

— Сюда.

— Сюда?

— Ага. Я решил перекантоваться здесь этой ночью, если ты, конечно, не против.

Она покачала головой:

— Зачем это тебе?

— Это круто. Хочу попробовать.

Вздохнув, она посмотрела по сторонам.

— Это не игра, Патрик. Я сплю здесь не потому, что мне это нравится… — Она почувствовала легкое раздражение. — А потому, что именно сейчас мне некуда идти.

Он опустил рюкзак на пол. Понял, что ее нужно убедить, и в следующую секунду у него в руках возник бумажный пакет с надписью «Гриль-мастер».

— Ребрышки. Любишь?

Она не смогла сдержать улыбку. Даже взятку приготовил. Склонив голову набок, он повторил вопрос еще раз.

— Можно я посплю здесь ночью?

Она развела руками:

— Вряд ли я могу тебе помешать. Но что скажут твои родители, когда ты не придешь домой вовремя?

— Э-э…

Она вдруг забеспокоилась. Он же не рассказал им о своих планах?

— Они знают, что ты здесь?

Он посмотрел на нее с выражением «ты-что-совсем-ку-ку?».

— Отец по ночам водит такси, а мама на каких-то курсах.

— Кто-нибудь знает, что ты здесь?

Он вздохнул:

— Черт, да чего же ты так волнуешься! Нет, никто ничего не знает.

Ага, я бы посмотрела, как бы ты разволновался, если бы узнал, что собираешься ночевать на одном чердаке с объявленной в розыск расчленительницей!

— О'кей. Добро пожаловать.

Его не надо было упрашивать. Он моментально огляделся по сторонам в поисках подходящего места для своих вещей и почти сразу же выбрал возвышение у часов. Она наблюдала за ним, пока он усердно распаковывал рюкзак и устраивал себе место для ночлега. Она перетащила свой коврик на другую сторону выступа в стене, чтобы они могли видеть друг друга. Закончив, он с энтузиазмом оглядел результаты своих трудов, потом уселся и в предвкушении грядущего чуда посмотрел на нее:

— Есть хочешь?

Еще бы. Фасоль уже давно обрыдла.

— Ну если у тебя хватит еды…

Разорвав пакет с грилем, он положил его перед собой на пол. А потом, как фокусник, вытащил из рюкзака картофельный салат, пакет чипсов и две банки колы.

— Пожалуйста.

Вот это праздник! Она подошла и села рядом. Он тоже был очень голоден, и ели они молча. Ребрышки обгладывались дочиста и складывались на пакет рядом с пока не съеденными. Когда обе горки сравнялись по высоте, Сибилла почувствовала, что наелась под завязку, и откинулась назад.

— Ты что, всё? — воскликнул он удивленно. — А я специально купил побольше.

— Да, я вижу. Мы можем оставить на завтра.

Он бросил взгляд на ее живот.

— У тебя, наверное, желудок сжался, — пробубнил он с полным ртом. — Так бывает, если все время недоедать.

Да. Наверно, это так. Но с его желудком все, видимо, обстояло благополучно — парень взял еще одно ребрышко. Масло даже по щекам текло.

— Вот черт, испачкался. Где тут умыться?

Сибилла пожала плечами:

— Если ты бездомный, то привыкай. Льющаяся вода — это предмет роскоши.

Он посмотрел на свои грязные руки. Потом перевел взгляд на ее руки. Она протянула их, чтобы он мог разглядеть получше. Только указательный и большой пальцы прикасались к ребрышкам. Быстро облизав свои руки, он вытер их о штаны.

Потом огляделся по сторонам:

— Ну? И что делать?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну нельзя же здесь просто сидеть, и все. Что ты обычно делаешь?

Этот маленький человек в почти уже взрослом теле еще ни о чем понятия не имеет.

— А что ты сам делаешь? Когда не играешь на чердаке в бездомного?

— Сижу у компьютера.

Кивнув, она глотнула колы.

— Если станешь бездомным, с этим будут трудности.

Он слегка усмехнулся.

— Может, я все-таки приткнусь где-нибудь на телевидении.

Она вернулась на свое место и улеглась на коврик, прикрывшись спальным мешком. Чтобы согреться, сунула руки под мышки. Повернула голову и посмотрела на него.

Ему уже стало скучно. Это было видно. Не придумав ничего другого, он начал убирать после ужина.