Поставив мотоцикл возле ограды, она взяла Ларина за руку и направилась с ним в церковь.

«Уж не хочет ли она со мной обвенчаться?» — с тревогой подумал Ларин.

Они поднялись по ступеням храма и вошли в помещение. Возле входа располагался прилавок, за которым женщина в черном торговала свечами и крестиками.

— Девушка, в таком виде не положено ходить в храм Божий, — обратилась она к Лиде,

— Я к отцу Серафиму, — сказала Лида и, несмотря на возмущенные жесты женщины в черном, прошла внутрь.

Ларин последовал за ней. Вскоре молодые люди затерялись среди посетителей храма. Держа Андрея за руку, Лида подвела его к священнику, который шел вдоль молящихся, помахивая кадилом. Заметив Лиду, священник сделал легкий кивок в ее сторону.

— Мы ждем вас на улице, отец Серафим, — шепнула Лида.

В ответ святой отец еще раз кивнул девушке и удалился.

— Что это значит? — шепотом спросил Ларин.

— Пойдем на улицу, я тебе все объясню.

Выйдя из храма, молодые люди вернулись к припаркованному мотоциклу.

— Это мой старый приятель, — сказала Лида. — В миру его зовут Кучер. Он классный гонщик. И тачка у него неплохая.

— Не думал, что священники ездят на мотоциклах, — произнес Ларин.

— Еще как ездят. Сегодня сам убедишься.

Оперативник вынул из кармана сигареты и предложил Лиде. Молодые люди закурили.

— Чудеса... — сказал Андрей.

Вскоре возле них остановился большой дорогой автомобиль, из окна которого выглянул отец Серафим.

— Поезжайте за мной, — сказал священник.

Лида завела мотор, и «кавасаки» последовал за машиной святого отца. Миновав Малый проспект Петроградской стороны, компания оказалась на Ординарной улице. Серафим свернул в узкий дворик и затормозил возле гаража, стоявшего у стены. Лида остановилась рядом. Священник вышел из машины и открыл ворота.

— Подождите пять минут, — сказал он.

Отец Серафим вернулся за руль и, поставив машину в гараж, закрыл его изнутри. Ларин и Лида вновь закурили. Когда потушенные окурки были брошены на землю, ворота гаража отворились и перед молодыми людьми предстал облаченный в кожу с ног до головы и державший в руках руль мотоцикла отец Серафим. На голове у священника красовалась черная бандана с черепом и костями, а на ногах были мощные сапоги с металлическими бляхами. Культовый работник подошел к Ларину и Лиде.

— Мы еще не познакомились, — сказал он.

— Андрей, — представился Ларин.

— Отец Серафим.

Они пожали друг другу руки. Рукопожатие священнослужителя было тяжелым и крепким.

— Андрей тоже байкер, — сказала Лида.

— Где же ваша машина? — поинтересовался Серафим.

— В ремонте, — сказала девушка. — Если ты готов, можем ехать.

— Поехали.

Вскоре два мотоцикла понеслись по вечернему городу. Ветер, ударявший в лицо, опьянял ездоков. Улицы, освещенные неоновыми огнями, со свистом пролетали мимо. Миновав Петроградскую сторону, мотоциклисты выехали на Гражданку.

— Куда мы едем? — спросил Ларин Лиду.

— На Сухое поле.

Ларин знал, что на Сухом, на окраине Гражданки, регулярно собирались байкеры. Когда компания подъехала туда, на поле уже полыхал костер, а вокруг разгуливали облаченные в кожу мотоциклисты в возрасте от пяти до семидесяти пяти лет. Подъехав к костру, троица спешилась.

— Здорово, Кучер!

Обернувшись, Серафим увидел парня с подругой, за спиной которой сидел ребенок лет трех-четырех.

— Привет! — ответил Серафим. — Познакомься, это мои друзья, — сказал он Ларину, — Гера и Наташа.

— И Паша, — добавила Наташа, кивнув головой на ребенка.

— Он уже говорит? — спросил священник.

— Выучил несколько слов, — ответила Наташа.

— Ну-ка скажи что-нибудь, — попросил ребенка Серафим.

— Байк... Косуха… Бандана... — произнес ребенок.

Вскоре вокруг отца Серафима образовалась большая компания байкеров. Ларин понял, что священник пользуется уважением у мотоциклистов.

— Поехали, прокатимся по набережной, — предложил Серафим.

Предложение было встречено с энтузиазмом. Двенадцать или пятнадцать мотоциклов взревели и понеслись в сторону центра. «Кавасаки» с Лариным и Лидой ехал в самой гуще компании. Вскоре мотоциклисты миновали Сампсониевский проспект и оказались на Петровской набережной. Панорама белой ночи развернулась перед глазами байкеров. Шпиль Петропавловской крепости пронзал светлое небо. Разведенные мосты парили над Невой. Набережные мигали огнями развлекательных заведений.

— С Богом, — благословил компанию отец Серафим.

Мотоциклисты полетели по набережной, распугивая редкие автомобили и полночных прохожих. Ларин успел привыкнуть к лихой манере езды новой подруги и начал получать удовольствие от гонки. Часа через полтора утомленные и довольные молодые люди простились с отцом Серафимом и компанией.

— Я подкину тебя до дома, — сказала Лида.

Она поехала на Петроградскую и минут через пятнадцать остановилась возле дома оперативника.

— Неплохой домишко, — заметила Лида.