Ни одна из записей, которые Ронни Спектор (жена Фила), Джеки Ломаке и исполнительница соул из Нью-Йорка Дорис Трой сделали для «Apple», не принесла им денег, однако трехлетнее пребывание в чартах обладательницы сопрано из Уэльса Мэри Хопкин началось с ее дебютного сингла «Those Were The Days», вытеснившего с вершины британских чартов даже самих Beatlesс их синглом «Hey Jude». Хитами также стали диски Билли Престона и Badfinger,музыкантов из Мерсисайда, найденных Мэлом Эвансом. При посредничестве «Apple Records» широкой публике стали известны Modern Jazz Quartetи сочиняющий классическую музыку композитор Джон Тэвенер.

Контракт с «Apple» была готова подписать англоамериканская «супергруппа» в составе Дэйва Кросби, Стива Стилза из Buffalo Springfieldи Грэма Нэша, впоследствии вошедшего в The Hollies,но сделка сорвалась, поскольку все они были связаны текущими контрактами. Такая же участь постигла договор с еще одной многообещающей группой, Fleetwood Mac.Компании удалось заполучить будущую звезду меньшего калибра, Джеймса Тэйлора, но двадцатилетний Дэвид Боуи, впоследствии мировая знаменитость, после разговора с Полом Маккартни не получил должного внимания. Ничего не вышло и с Фредди Гэррити, солистом Freddie And The Dreamers,а также с The Remo Four.В 1969 году компанией «Apple» был выпущен единственный сингл «Hot Chocolate», но не совершили ли Beatlesту же ошибку, что и Дик Роу, который прослушал, а затем отверг Bamboo,шведскую группу, давшую начало ABBA.

Звукозаписывающее подразделение было прибыльным, но Леннон быстро осознал, что остальная часть компании «Apple» крайне ненадежна. На безрыбье и рак рыба. Именно так благие намерения становятся колыбелью обмана — с притворством, возведенным в принцип, и борьбой за власть, провозглашаемой крестовым походом.

В своих мемуарах «As Time Goes By» Дерек Тэйлор, руководивший отделом прессы, сравнивает два года в «Apple» со службой «при странном королевском дворе в какой-то волшебной сказке». Утонченные манеры Дерека обеспечили «Apple» много важных контрактов, однако голос Леннона явно был самым громким голосом разума среди всего этого безумия. Музыкальная пресса была полна рассуждений о том, что к тридцати годам Леннон стал «мягче». «Это обычное взросление», — отвечал он. Таким образом, внешне Джон производил впечатление человека, полностью осознающего свои возможности, богатого, счастливого в браке, абсолютно здорового, улыбающегося, смеющегося, лишенного каких-либо тревог.

В действительности же он испытывал глубокую тревогу.

К концу 1968 года простой обыватель думал, что Джон Леннон сошел с ума. В ресторанах, где слава не мешала Beatlesобедать, посетители за другими столиками говорили приглушенными голосами и украдкой бросали взгляды на Джона. Некоторые утверждали, что чувствовали окружавшую Леннона ауру невменяемости — точно так же, как другие якобы ощущали «зло» во взгляде детоубийцы Майры Хиндли.

Действительно ли у него «поехала крыша»? Может быть, он — как Фридрих Ницше — сошел с ума, непрерывно размышляя о своей гениальности и славе?

Раньше он уже находился на грани безумия — или состояния пограничного с ним, если вам так больше нравится, — о чем свидетельствует знаток Мерсисайда Эйдриен Генри, который был свидетелем сцены, когда Джон лежал на полу местного паба и делал вид, что плывет. Когда хозяйка призвала его к порядку, Леннон ответил, что не может остановиться, потому что иначе он утонет. Некоторые его чудачества в Гамбурге и после приема наркотиков были того же порядка, но в разговорах он выглядел достаточно разумным, а Синтия считала, что он находится в здравом уме.

Они уже не были теми ослепленными любовью подростками, которые, взявшись за руки, бродили по Ливерпулю. Милая влюбленность прошла. Обстоятельства заставили Джона жениться на Синтии. Хотя, если бы в 1962 году Леннон читал Ницше, он мог бы случайно наткнуться на высказывание немецкого философа и согласиться с тем, что брак и семья несовместимы с постоянным творчеством. Другими словами, семейная жизнь — враг искусства. Принадлежащий к богеме рок-н-ролла Джон, исходя из реалий своей жизни, не верил в узы законного брака, но Джон из Вултона, племянник тети Мими, возлагал надежды на эти узы. Таким образом, у них с Синтией с самого начала не было перспектив.

Нельзя сказать, что он не заботился о матери своего ребенка — несмотря на усиливающееся несоответствие между образом Леннона как мужа и отца и образом Леннона как публичной поп-звезды. Не было у него и иммунитета от угрызений совести, он осознавал чудовищность поступка, который собирался совершить. Однако в середине 1968 года у него не оставалось иного выбора, кроме как по возможности сжечь за собой все мосты и ждать либо обновления, либо окончательного разрушения своего бывшего «я». В конечном итоге произошло и то и другое.

На диктофон репортера он сделал заявление о том, что любит Йоко Оно, американку японского происхождения, которую многие по-прежнему считают живым доказательством ее собственного утверждения: «Чтобы быть художником, не обязательно иметь талант». Джон был представлен ей как чудак с полными карманами денег 9 ноября 1966 года, во время предварительного показа ее выставки «Unfinished Paintings And Objects» в галерее, примыкавшей к книжному магазину «Indica». Очарованный необычными экспонатами, он стал анонимным спонсором выставки Йоко «Half wind Show» в другой Лондонской галерее и начал помогать ей в осуществлении других проектов. из-за ее участия в «Fourteen Hour Technicolor Dream» — феерии, сочетавшей различные виды искусства и насыщенной мерцающими вспышками и эманационными световыми проекциями, — Джона можно было видеть среди тех, кто прогуливался по дворцу Александры 29 апреля 1967 года.