Пантор плюхнулся на кровать, прямо поверх шелкового одеяла. Что не так, он понять не мог, но что-то не нравилось. А может быть, уже выработалась привычка жить с оглядкой и ждать, когда придут приставы, арестуют и сошлют на острова к живым мертвякам и опальным магам на вечное поселение.

— Почему у них весь этаж пустой? — спросил он, наконец, скорее у себя, чем у Винсента.

— Гостей ждут. Важных, — пожал плечами Винс. — Ты же слышал, как они с Колидром нашим лаялись.

Пантор резко сел, и посмотрел на рыжего приятеля, чуя, что начинает заводиться. Тот прогуливался по комнате, разглядывая картины на стенах и статуэтки на комоде.

«Все-то у него просто», — мелькнула мысль. Может, все и просто, но какое-то неприятное ощущение от местных усачей и проводников оставалось. Какая-то фальшь чувствовалась. А ощущениям своим юный маг привык доверять.

— Хорошо, а чего он нам тогда номера уступил? Два шикарных номера по бросовой цене. С чего бы? Колидр его уговорил? А кто он такой?

— Ну, ты вопросы задаешь, — фыркнул Винсент. — Он наш проводник.

— Алкоголик, болтун и прощелыга, — добавил ученик Мессера несколько размашистых штрихов к портрету. — А может, он нас сдаст. Может, он на магический надзор работает. Мы же ничего о нем не знаем.

Рыжий остановился возле огромного платяного шкафа и ногтем ковырял одну из резных завитушек, украшавших лакированную дверь. Завитушка была приклеена на совесть. И врожденный вандализм Винсента проигрывал прочности крепления. Поймав на себе взгляд Пантора, Винс отдернул руку от шкафа и виновато потупился.

— Пантей, по-моему, ты устал и начинаешь шарахаться от каждого куста. Если так пойдет дальше, по ту сторону границы нам придется сдать тебя в приют для душевнобольных.

— На себя посмотри, — огрызнулся Пантор.

И встал с кровати.

— Спокойно, Пантюша. Не бузи. Распахни окно. Выгляни на улицу. Вдохни полной грудью и ты почувствуешь запах свободы. Мы почти сбежали. Нам все удалось, даже несмотря на твои магические фокусы.

Пантор, собиравшийся уже дать приятелю по лбу, поспешно спрятал взгляд. Напоминание о том, что они с братьями-близнецами учудили в Утанаве, было неприятным.

Он даже подошел к окну. Правда, открывать не стал, лишь отдернул занавеску. Пахло ли с той стороны свободой, сказать было трудно. А вид из окна открывался еще тот: серые стены, мелкие плотно зашторенные окошки и так до самого неба, которого и видно-то было жалкий клочок.

— Ладно. Сбежали, прям, — проворчал он. — Вот когда через границу перейдем, тогда будем свободу нюхать. Кстати, когда?

Винс пожал плечами.

— Надо у старика спросить. Кстати, пойдем к нему, уточним, пока он не набрался.

Ресторан нашелся сразу. Зал его был огромен и обставлен в духе позапрошлого века. Столы и стулья с гнутыми ножками. Мягкие, обитые светлым бархатом сидения. Белоснежные скатерти. Потолок казался просто необъятным, по нему шла какая-то мифическая роспись с парящими крылатыми львами и голыми богинями. В центре зала бил крохотный фонтанчик, окруженный плошками с экзотическими растениями.

Пантор уже устал удивляться тому, что за серыми стенами и заплеванными дверями в убогом городишке не просто светло, чисто и уютно, а еще и скрывается такая роскошь. Колидр посреди этого великолепия тоже выглядел весьма приметно. Не заметить его мог бы только слепой. Старик был грязен, паршиво одет и уже довольно нетрезв. Он сидел за столиком возле самого фонтана. На столе стоял стакан и кувшин. Проводник плескал из крупного сосуда в мелкий, затем из стакана вливал в себя. После чего хлопал пустым стаканом по столешнице, крякал и застывал, прислушиваясь к ощущениям. Судя по довольной физиономии, ощущения были приятными.

Пантор с Винсентом подошли ближе. Пахнуло сидром. Маг приметил, что край скатерти, укрывающей стол, помят и во влажных разводах. Видимо, старый прохиндей вымыл руки в фонтане и вытер тем, что под руку подвернулось.

Винсент плюхнулся на стул напротив проводника, оставляя Пантору тот край стола, с которого о скатерть вытирали руки. К старику обратился панибратски.

— Колидр, старина, а сколько нам тут сидеть?

— Пока не напьетесь, — фыркнул тот и в очередной раз повторил процедуру с переливанием жидкостей.

— Он не про ресторан спрашивал, а про гостиницу, — проворчал ученик Мессера.

— Аааа, — протянул Колидр, мечтательно заглядывая в кувшин.

Кувшин оказался пуст. Старик пожевал губу, словно соображая, чего делать дальше. Выбор, впрочем, был очевиден.

Проводник махнул официанту.

— Здесь вы будете сидеть, покуда мой братец таки не проводит вас отсюда, чтоб вам всем вместе с ним быть здоровыми. Его сейчас нет. Мене сказали, что он вот-вот вернется, приведет кого-то с той стороны.