– Слышь, мужик, ты куда? А поговорить?

Тимофей догнал его, схватил за рукав. Тот попытался вырваться, но куда ему против железной хватки.

– Слышь, ты чего? – разволновался рыжеусый.

– Я тебя, придурка, еще на станции вычислил, – ухмыльнулся Тимофей. – Хреново работаешь. И где только Берушин тебя взял?

– Какой Берушин? Не знаю такого!

– Да расслабься ты, не собираюсь я тебя убивать. И бить не буду... Хочешь, пивка пойдем выпьем?

Лето в Москве, жара, вокзальная площадь в мареве от раскаленного асфальта. И пива холодного жуть как хочется. Такое ощущение, будто Тимофей весь свой срок мечтал именно о том, чтобы выпить пива на Ярославском вокзале.

Уж очень зол был на него майор Берушин. В ШИЗО готов был сгноить, уголовникам на расправу бросить, да все что угодно, лишь бы счеты с ним свести. А Татаринов души в нем не чаял, на руках готов был носить. Но начальник производства домой отпускать его не хотел, так и продержал бы до звонка, чтобы Тимофей обслуживал и ремонтировал сложную технику. А злыдень Берушин добился, чтобы он освободился условно-досрочно на половине срока, причем без всяких поселений, «химий». Сразу домой, и точка. Но Тимофей не дурак, он понимал, что все это неспроста. И этот рыжеусый был тому подтверждением.

В привокзальном кафе работал кондиционер, людей много, но Тимофей нашел свободный столик. И за пиво сам заплатил.

– Ты не думай, я деньгами не бросаюсь, – усмехнулся он, глядя на поникшие усы топтуна. – У меня каждая копейка на счету. Нет у меня миллионов, чтобы деньгами швыряться, так своим и передай.

– Кому своим? О чем ты?

– Да ладно тебе, о чем... Как зовут?

– Антон.

– Хорошо, буду звать тебя Антоном. А меня Тимофеем зовут. Это мое реальное имя. Ну, ты знаешь...

– Ничего я не знаю.

– Знаешь. Берушин тебе сказал.

Тимофей с удовольствием сделал несколько глотков. «Жигулевское» пиво, видно, что свежее и неразбавленное – класс!

– Не знаю я никакого Берушина.

– А я не знаю, кто за Берушиным стоит. Может, он чьи-то интересы представляет, может, сам по себе. Да мне, в общем-то, все равно. Не поеду я за деньгами, не буду их забирать, так что зря ты за мной следишь. Не знаю я ничего про деньги. Не говорил мне Шаповалов ничего.

Антон молчал, угрюмо глядя в свою кружку.

– Мне, в общем-то, все равно, можешь за мной дальше следить. Только давай договоримся, если я с девушкой буду, ты в сторону отвалишь, ладно? А то еще к нам в постель залезешь, а я тебе башку за это откручу...

– Не залезу, – буркнул мужчина.

– Ну, тогда давай, работай. Только близко не подходи, а то вдруг убить меня попытаешься.

– Не было такой задачи, – потупился Алик.

Видно, что туповатый мужик, незамысловатый, потому так быстро прокололся. Тимофей засек Антона, когда тот в поезд вместе с ним садился; и сразу заподозрил неладное.

– Только следить?

– Да, только следить.

– Бесполезно. Но отговаривать тебя не буду. Все равно ведь не отстанешь...

– А ты что, правда про деньги не знаешь?

– А можно я промолчу? Честное слово, уже устал говорить об этом... Хотя нет, скажу, – весело улыбнулся Тимофей. – Скажу, что не знаю. И могу долго об этом говорить. Потому что я на свободе, мужик! На свободе! Куда хочу, туда и пойду... Думаешь, за миллионами пойду? Я бы пошел. Но есть вещи поважней миллионов!

Он к Насте пойдет. Она ждала его, писала каждую неделю, и Тимофей мечтал о встрече с девушкой. Может, и не любил он ее так сильно, как Марьяну, но рвался к ней. И сейчас у него пела душа в предвкушении долгожданной встречи.

Она его ждет, но не сейчас. Насте невдомек, что его выпустили досрочно, на целых полтора года раньше. Но сегодня ее ждет сюрприз.

Тимофей хлопнул Антона по плечу и отправился на соседний вокзал к электричке. Но «топтун» последовал за ним. Пусть идет, все равно толку от слежки никакого.

Будний день сегодня, но у Насти сессия, возможно, она готовится к экзаменам дома. И родители ее сейчас точно на даче, потому что лето на дворе...

Так и оказалось, только дверь Тимофею открыл какой-то тип. Короткая стрижка, прямоугольное лицо, крепкий нос, мощный подбородок, сильная шея. Не юноша он, но кожа лица нежная, как у женщины, ни единого волоска на нем, даже признаки щетины не угадываются. Это указывало на недостаток мужских гормонов, что вовсе не отражалось на его физическом состоянии. В шортах он был и с голым торсом. Широкие плечи, накачанные бицепсы, грудные и брюшные мышцы.