– Вы считаете, что этот факт имеет прямое отношение к смерти мэра? То есть, я хотела сказать, что это дело рук одной и той же группировки?

– Не исключено, Катя. Мой опыт подсказывает, что это возможно.

– Ну-у, Лев Иванович! Где бабка, а где племянник жены президента.

– Не так ты эти вещи связываешь, – улыбнулся Гуров. – Людям, которые целенаправленно свалили мэра, бабка с ее квартирой в заурядном доме не интересна. Тут ты права – разный уровень преступлений. Но всегда, когда в каком-то городе обнаруживается преступная группировка, особенно такого высокого уровня, следует иметь в виду, что она довольно большая по количеству членов. В ней может быть до двух – двух с половиной десятков человек. Да, во главе люди солидные, с положением. Это их мозг. Но есть и исполнители, простые парни с преступными наклонностями, которым всегда и всего бывает мало. И неизбежно младшие члены этой группировки засвечиваются на более мелких преступлениях. Старшие их за это журят, наказывают, но поделать ничего не могут. Или не хотят, потому что курочка по зернышку клюет и любой доход приветствуется. Могу тебя заверить, что аферы с квартирами начались не более чем год назад. Если больше, то они на этом остановятся. Обычно «черные риелторы» в одном городе больше года-двух не работают. Рискованно.

– Хорошо, Лев Иванович, я поняла и все передам Орлову. Значит, вы надеетесь через лиц, которые причастны к преступлениям с квартирами, выйти на их главарей?

– Да, надеюсь. Где-то тут сидит спрут, и возможно, что мы нащупали одно его щупальце. Слушай, – с явным намерением переменить тему посмотрел на девушку Гуров, – где ты живешь? По идее, ты должна жить с отцом, если приехала сюда.

– У меня тут квартира.

– Как – квартира? Ты что, местная?

– Нет, – рассмеялась Катя. – Вообще-то, это служебная квартира. Я делаю вид, что она моя.

– Зачем?

– Рисуюсь, – весело ответила Катя. – Образ у меня такой.

– А если за тобой будут следить? Не слишком ли для дочки кандидата, которая приехала из Питера и тут же заимела квартиру в Покровске? Ладно, если в Москве, а то именно в том городе, где меня в мэры тянут…

– Вы кого опасаетесь, Лев Иванович?

– Своих работодателей. Для них ситуация будет непонятна, и очень плохо для дела, если они заподозрят, что я все еще на службе, а ты мне прислана в помощь из главка.

– Но вы же по всем правилам уволились. Любой работник кадрового управления, кто не в курсе операции, подтвердит это. Но, наверное, вы правы. Это я переигрываю с квартирой. Виновата, товарищ полковник! Больше не буду!

– Лучше тебе в самом деле переехать в гостиницу, Катя. И прямо в мой номер.

– Не боитесь, что ваши работодатели испугаются молвы? Вдруг кто-то не сообразит, что я ваша дочь, а решит, что молоденькая любовница? Представляете, какой у конкурентов появится рычаг против вас? Моральная неустойчивость, связь с девицей, которая вдвое моложе, и тому подобное.

В конечном итоге решили, что Катя снимет номер в этой же гостинице.

Утро наступило неожиданно резким телефонным звонком. Звонила администратор, которая по просьбе Гурова будила его в половине седьмого утра. Вчера он уснул неожиданно быстро и сладко проспал всю ночь. Снилась Гурову жена. Они гуляли по приморскому бульвару, все было очень хорошо, только болело плечо. И эта боль мешала увидеть счастливое лицо Марии. Утром Гуров понял, что просто отлежал его, потому что провел ночь в неудобном положении.

Он успел принять душ, побриться и позавтракать в буфете гостиницы, когда заявился бледный «инквизитор» Липатов. Едва успев поздороваться, он сразу же перешел к делу. Нужно будет перед началом работы по благоустройству сквера произнести небольшую зажигательную речь. Потом Гурова сменит представитель молодежного движения и поддержит хорошее начинание. После него выступит подполковник полиции, который приведет в сквер курсантов Школы подготовки среднего и младшего начальствующего состава ГУВД. Затем начнется раздача шанцевого инструмента, а через час привезут саженцы. Гуров будет родоначальником новой аллеи в знаменитом сквере. Итого, его личное участие в работах займет не менее двух часов. Перед журналистами, которые обещали быть, отдельно выступать не надо. Если только кто из них захочет взять у кандидата в мэры короткое интервью, отвечать надо коротко, с шутками и ссылаться на занятость. Без всяких громких заявлений.

Гуров понимающе кивал, натягивая джинсы, футболку и кроссовки. Сегодня ему надлежало быть в одежде демократичного вида. Правда, потом срочно придется заехать в гостиницу и переодеться, потому что на юго-западе предстоит еще одно важное мероприятие, инициатором которого, как только что выяснилось, был тоже кандидат в мэры города Гуров.

Короткий митинг удался на славу. На входе в сквер помощники Липатова поставили радиофицированный «уазик», который на всю улицу транслировал бравурную музыку – марши, песни Пугачевой и старые песни типа «Коммунистический субботник». Согнали в сквер в основном молодежь – от студентов до школьников разного возраста. Ребятня баловалась, толкалась в задних рядах, несмотря на увещевания учителей. Студенты стояли свободной группой, курили, выкрикивали лозунги и много аплодировали. У Гурова закралось подозрение, что парням кто-то сподобился поднести спиртного для хорошего настроения. Полицейские, наоборот, стояли ровным рядом под хмурым взглядом подполковника, лицо которого Гурову показалось знакомым.

Толпа около машины, где раздавали лопаты, грабли и синие мешки для мусора, рассосалась быстро. Деловитые помощники Липатова и представители районной администрации повели группы в разные части сквера сгребать листву, сухие ветви, собирать консервные банки и пластиковые бутылки. Гурову поднесли «личные» грабли с хорошо ошкуренным черенком. Он должен был работать рядом со школьниками на самом видном месте, откуда хорошо просматривался с улицы и где мог быть сфотографирован вездесущими журналистами.