– Чушь какая! – проворчал Коруль и вопросительно посмотрел на своего партнера. – Как-то все это нелепо, не находишь, Сергей?

– Да, согласен, – немного растерянно согласился Финагенов. – Почему они не стали торговаться с нами? Было бы естественным обратиться именно к нам, потому что выяснить, кто стоит за Львом Ивановичем, проще простого. Если есть интересы, то есть и пути решения.

Гуров неожиданно понял, что его выдумка действительно выглядит глупо. Наверное, в среде этих финагеновых и корулей все делается несколько иначе. Нужно было перестраиваться на ходу.

– Не вижу ничего странного, – заявил сыщик решительно. – Они, судя по всему, очень хорошо знают о том, кто за мной стоит, и именно поэтому избрали такую тактику. Я для них никто, пустое место. Что, собственно, и соответствует действительности. Будь я крупный бизнесмен, который рвется к власти, будь я чиновник с хорошим положением, который стремится еще выше, то и разговор бы шел совсем в другом ключе. Но со мной-то решать легче. У меня как ничего за душой не было, так и не будет. Купить меня проще простого, тем более что они могли выяснить, где я работал и что там я больше не работаю. Значит, и поддержки оттуда не будет. А торговаться с вами им смысла нет.

Коруль промолчал в ответ на эту тираду, но Гуров понял, что убедил толстого бизнесмена. Теперь очередь за ними. Пусть решают дорогие работодатели, пусть реагируют на «вводную», которую сыщик им подбросил.

– Б… – выругался Финагенов, несказанно удивив Гурова, который таких оборотов от него ни разу не слышал. – Этого только не хватало! Вы уверены, что правильно их, или его, поняли? Хотя кому я это говорю? Уж вы-то со своим опытом наверняка поняли, что все серьезно. Борис Осипович, это же чистейший беспредел! Может, в полицию заявление оформить? Все-таки угроза на выборах, давление на кандидата. Можно все так повернуть…

– Ничего ты тут не повернешь, – пробурчал Коруль. – Повернет он… Нужно как минимум понять, от кого этот человек приходил, насколько серьезна угроза. Потом уж поворачивать! Надо договариваться, потому что это бизнес. А там по ходу переговоров посмотрим.

– Лев Иванович, а вы хоть что-то характерное запомнили? Может, вам в глаза что-то бросилось? – начал допытываться Финагенов.

– Я этого человека по голосу узнаю. Только не думаете же вы, что приходил сам хозяин? Даже не ближайший помощник. Это кто-то из рядовых порученцев или бойцов.

– На чем вы расстались? – раздраженно спросил Коруль. – Он обещал навестить вас снова или будет ждать каких-то ответных шагов?

– Нет, – покачал головой Гуров. – Подошел сзади, поставил условия и ушел. Надо расценивать так, что я должен выполнить требование, а они меня найдут и отблагодарят.

– Чушь, глупость! – снова взорвался Коруль. – Ничего не оговорено, никто не пригласил на беседу и не пообещал конкретного вознаграждения… Это какой-то бандитский способ воздействия!

– Вы сами говорили, что Шацкий – типичный бандит, – напомнил Гуров.

– Да, в прошлом он бандитом и был. Только сейчас он другими делами крутит, у него крупный бизнес, и шаги у него серьезные. Шацкий до такого не опустится. Даже для него это глупо и мелко. Если бы он взялся решать вопрос таким образом, то делал бы все солиднее и основательнее.

– Захаров, Большаков? – снова попытался Гуров удержать разговор в нужном русле.

– Это несерьезно, Лев Иванович, – отрезал Коруль.

– Может, просто попытка напугать, – предположил Финагенов. – Так, забросили удочку, чтобы проверить. Получится – хорошо…

Гуров понял, что его попытка провалилась. Работодатели представления не имели, кто такими радикальными методами пробовал повлиять на выборы и, следовательно, на личность будущего мэра Покровска. Значит, вывести его на группировку, которая, возможно, причастна к убийству Чуканова, они тоже не могут. Что ж, отрицательный результат – тоже результат. И теперь нужно выходить из создавшейся ситуации.

– Кого-то интересуют мои предложения по этому поводу? – поинтересовался Гуров.

– Да, конечно, – без особого энтузиазма поддержал его Коруль.

– Если вы не имеете представления о личности злоумышленников, то нам остается только ждать. Согласен, что оснований для паники пока нет. Весь этот разговор я считаю не больше чем проверкой, так сказать, «на вшивость». Либо это чей-то несанкционированный шаг, либо просто проверка, как я или как вы себя поведем. Давайте никак себя не вести.

– То есть? – не понял Финагенов.

– То есть никак не будем реагировать. Предлагаю следующий вариант. Я вам не стал ничего рассказывать, вы ничего не знаете. Пусть решат, что я действую на свой страх и риск, что ваше участие в продвижении меня мэром минимально. Пусть вообще подумают, что не вы за мной стоите. Чем больше у них появится сомнений, тем лучше.