— Вот мои покои, — прощебетала девушка.

Всё оказалось ещё хуже, чем он предполагал. Вообще-то их комнаты были равны по размеру, но если обиталище Шоки было похоже на логово, то резиденция Марсии отчего-то гляделась именно покоями. Вот разве что эта груда багажа… Шоки стало тоскливо, едва он подумал, что ему придётся помочь Марсии перебрать всё, отбирая самое необходимое. А потом он вообразил бой за каждую вещицу, которая, разумеется, "совершенно необходима девушке!..".

— Уютненько, — промямлил он, отводя взгляд от горы вещей и оглядывая интерьер. Весёленькой расцветки занавесочки— не занавески, восхитительный полосатый коврик, цветочкина всех ровных поверхностях.

— Спасибо, — Марсия ослепительно улыбнулась. — Осторожно, росянка!..

И здоровенная притом!.. Шоки шарахнулся прочь, но не успел, зашипел, на запястье словно кипятком плеснуло. Вот так цветочки!..

— Ой, извини, пожалуйста, — запричитала Марсия. — Она не хотела, то есть хотела, но не нарочно. Я сейчас, сейчас всё исправлю…

— Ничего, ничего, — пробормотал парень, поднимая руку, чтобы не капнуть кровью на ковёр и борясь с желанием зализать укус росянки. Не хватало ещё, чтобы язык онемел, как рука сейчас.

Марсия хлопотала вокруг с заклинаниями и повязками.

— Бинт, — сказал Шоки, изучив перевязку. Сказать кому, засмеют — росянка укусила. Может, врать, что зомби грызанул?

— Что? — переспросила Марсия.

— Бинт мне верни, пожалуйста.

— Зачем? Ах, да, извини. Вот, возьми.

Шоки принял окровавленный бинт и спрятал в карман.

— Ты в самом деле думаешь, что я могла бы?.. — спросила девушка с некоторой обидой. — Шоки, я никогда бы не сделала ничего во вред…

— Я знаю, спасибо, — Шоки улыбнулся невольно. Куда уж тебе, неженке, заниматься вольтованием. — Но правила безопасности выдуманы умными людьми.

Девушка неуверенно кивнула.

— Плохая девочка!.. — обратилась к росянке. — Я твой горшок в чулан поставлю!..

Хищный цветок малость примирил Шоки со всей этой зеленью.

— Не надо её ругать, — попросил он, видя, что росянка поджала листья. — Это в её природе. Крупная какая, впору не насекомых ловить, а воробьёв.

— Я её мышами кормлю, — сообщила девушка, бестрепетно хватая горшок за край и выполняя свою угрозу насчёт чулана. — То есть не я лично, сама я боюсь их. А вот Ухура ловит и кормит.

— Кто?

— Ухура.

Розовые занавески, закрывающие стенную нишу, раздвинулись, и оттуда шагнула невысокая фигура. Человеческий скелет с наращенными клыками, выдвижными костяными ножами на запястьях и, насколько Шоки мог судить, немного модифицированными ногами. Разглядеть точно мешали кожаные доспехи, исчерченные рунами и магическими узорами. Из-под деталей "одежды" пробивались отсветы магии.

На первый взгляд магическое создание напоминало обычного низкоуровневого реконструкта. Вот только знаки на доспехах юноша разобрать не смог, и красное сияние из глазниц твари его нервировало.

Семья Адами, напомнил себе Шоки. Великие некроманты, чёрные маги. Как же, будет в прихожей Марсии стоять обычный рек!.. Девушка этак небрежно упомянула, что он ещё и мышей способен ловить… между прочим, это невероятное достижение для реконструкта. Иным созданиям проще убить гигантского стенолома, чем поймать крохотную шуструю тварь.

— Я возьму её с собой, — сообщила Марсия. — Благо на неживых нет никаких запретов…

— Придётся брать радужный плащ.

— Ну вот, видишь!.. — обрадовалась Марсия. — Сама я вспомнила бы об этом слишком поздно. Спасибо огромное, Шоки!..

Парень возвёл очи горе, но спохватился и изобразил "рад помочь".

Джерф от изумления чуть не уронил меч себе на ногу.

— Что?!.
– воскликнул он.

— Разговор, — повторил саблерукий и с треском сложил саблю.

— Ты говоришь?!.

— Человек мы будем иметь беседа, — сообщил саблерукий механическим голосом — словно кукла искусников говорила. — Мы будем иметь разговор?

Оборотень не сразу понял, что ему задают вопрос. И потребовалось ещё какое-то время, чтобы понять — голос идёт не из пасти, которая вообще не двигалась, а из небольшого продолговатого предмета на поясе чудовища.

— Отчего бы и не поиметь разговор, — согласился Джерф, приопуская копьё. Неделей раньше он ударил бы без раздумий, но после драки с Хегором…