– Какая дурацкая ситуация, – с досадой сказал Теодор. – Болтаться в космосе всего в миллионе километров от цивилизации и не иметь возможности с ней связаться!

– Средневековые жертвы кораблекрушения вообще могли двадцать лет на необитаемом острове в ста километрах от материка просидеть, – напомнил Вениамин. – Вот уж кому действительно обидно было.

– И что они тогда делали?

– Кидали в море записки в бутылках из-под рома, – грустно пошутил доктор.

Тед покосился на валяющуюся возле мусорки бутылку.

– Если кто-нибудь поймает ее носом на сверхсветовой, жертв станет две.

– Жертвы кораблекрушения… – в глубокой задумчивости повторил Станислав, похоже пропустив дальнейший диалог мимо ушей. – Стойте, а ведь это прекрасная идея! Михалыч, ты сможешь извлечь наш черный ящик?

– Мгм? – озадаченно переспросил техник, одновременно напоминая, что конструктивно это не предусмотрено, и намекая, что нет такой конструкции, перед которой спасовал бы лом или на худой конец лазерный резак. – Прмщс?

– Нет, через десять минут, когда я запишу на него сообщение для Роджера! У нас будет несколько секунд между моментом, когда «Шайтан» уйдет в червоточину, и нашим собственным скачком, чтобы незаметно вышвырнуть ящик из шлюза. Кто-нибудь с трассы обнаружит его и подберет.

– А что мешает нам отправить в эти секунды обычное письмо? – удивился доктор, но друг досадливо отмахнулся:

– Венька, мы же это обсуждали – доверять его невесть кому слишком опасно.

– А ящик не опасно?

– При госрегистрации корабля «черный ящик» обнуляется и получает уникальный код доступа, чтобы никто не сумел фальсифицировать записи. – Станислав вспомнил, какой головной боли ему стоило получение всех справок и печатей. – Тот, кто его найдет, должен немедленно вызвать полицию, и только она сможет выковырять из него информацию.

– Точно, за находку ящика даже награда полагается, – припомнил Тед. – А если его засекут охранники с Ясеня? Вы ж предполагали, что они в сговоре с Казаком.

– Можно так настроить маяк, что он заработает только через пару часов, – предложил Дэн. – Тогда никто не свяжет ящик именно с нашим кораблем – мало ли из каких глубин космоса он прилетел.

– Тогда не будем терять время. – Станислав хлопнул ладонью по подлокотнику, ставя точку в обсуждении. – Маша, «Шайтан» прислал нам координаты? Скинь их на пилотский пульт, и ты, Тед, иди туда же, разогревай двигатель. Михалыч, займись маяком. Как только я закончу с записью, выламывай ящик и тащи его к шлюзу. Дэн, надень скафандр и жди Михалыча в шлюзе. По моему сигналу откроешь наружную створку и вышвырнешь его… ящик, в смысле!

Команда дружно расхохоталась, представив техника, брассом плывущего к трассе, и, окрыленная надеждой на спасение, с энтузиазмом принялась за дело.

Станция гашения, через которую они пролетели сутки спустя, оказалась автоматической. Теоретически на ней можно было оставить сообщение для полиции, а если корабль поврежден, то и остаться самим, но для этого требовалось выйти из транспортника, сломать печать на аварийном щитке и набрать код, открывающий шлюз спасательного отсека. Проще сразу застрелиться и не отнимать время у Казака и его киборга.

Впрочем, космолетчиков это не слишком огорчило.

– Все-таки Медуза! – возликовал Тед, получив координаты последнего прыжка. – Как мы Роджеру и сказали.

– Главное, чтобы он это услышал, – вздохнула Полина.

– Ты же вроде перестала трястись?

– За себя – да. Но если из-за моей безвременной смерти сорвется потрясающее открытие…

– Не сорвется, – заверил ее приятель. – Рано или поздно какой-нибудь сумасшедший ученый залезет на эту священную гору и надергает рассады.

– И присвоит всю мою славу? Ну уж нет! – Полина ревниво заглянула в жестянку с «ростком», с которой не расставалась даже во время еды: кошка, оскорбленная появлением нового фаворита, постоянно норовила то опрокинуть его, то внести свою лепту в почвосмесь. – По-моему, ему у нас понравилось. Я замеряла – за ночь на целых три миллиметра подрос!

– У нас всем нравится. – Пилот вытянул ноги и уже привычно положил их на Котьку. – Вечно как приблудится какая-нибудь тварь – потом фиг избавишься.