– «Летал» на таком? – поинтересовался Рэтт.

– Нет, – соврал Теодор. В академии у него, как у военнообязанного, был двухнедельный тренировочный курс по управлению военным истребителем – точнее, двухмесячный, потому что Тед прикинулся дебилом, и до экзаменатора лишь на семнадцатый раз дошло, что парень ходит на пересдачи ради процесса, а не результата.

Манкс презрительно искривил губы: и это трепло еще что-то из себя корчит!

– Тогда даю тебе пять минут форы, осмотреться и привыкнуть к управлению. А потом догоню и порву как тряпку, понял?

– Сначала догони.

Рэтт бросил ему шлем, метя в голову, и захлопнул крышку. Очутившийся в темноте Тед с досадой услышал клацанье запоров. Любимая забава курсантов: после занятия первым выскочи из кабины и замуруй соседа. Выбить не получится даже от великой злости, проверено.

Парень автоматически протянул руку и щелкнул тумблером. Кабина вспыхнула, как новогодняя елка: подсветка кнопок, разноцветные огоньки датчиков, экран радара, виртуальные звездочки за «лобовым стеклом». Тед криво ухмыльнулся. Юнцом он любил представлять, как после академии его зачисляют в вожделенное девятое звено; как они с Манксом раскрывают коварные планы инопланетян, якобы прилетевших с миром, а на деле спрятавших неисчислимую армаду за необитаемым астероидом; как выполняют секретное правительственное задание; и даже, чего греха таить, как юный, но чертовски одаренный пилот отважно спасает своего командира с помощью рискованного и прежде никем не выполнявшегося маневра. А после боя, в полевом госпитале, перевязанный и загипсованный с ног до головы Рэтт прочувственно говорит ему…

– Ты готов, засранец? – раздалось в динамиках шлема.

– Ага, – хмуро подтвердил Тед, представляя, как подходит к загипсованному Рэтту и с сатанинским хохотом перекрывает ему капельницу и кислородный шланг. Жалко, что изнутри запереться нельзя. Пусть бы старикашка поплясал, пытаясь его отсюда выковырять!

Тут Теда посетила куда более продуктивная идея. Если нельзя выбраться через верх, то, может, стоит прощупать низ? В академии кабины ВСК стояли в утыканных сервоприводами гнездах, которые кувыркали курсантов во всех направлениях. Основной пучок кабелей и одновременно ремонтный люк находился под креслом, Тед однажды видел, как мастер ковырялся в снятой с установки кабине. Как раз, кстати, на похожих козлах стояла.

– А где тут все врубается? – невинно поинтересовался он.

– Что, ты еще даже питание не включил? – поразился Рэтт. – А какого хрена тогда агакаешь?

– Я шлем надел, – гордо ответил Тед. – И пристегнулся.

– В неподвижной кабине?!

– Ага. Я всегда пристегиваюсь, это у меня уже рефлекс! (Станислав Федотович прослезился бы от такого заявления.) Сразу уверенности добавляет и нужное настроение создает…

– Кнопка слева сверху, идиот! – раздраженно перебил его Манкс.

– Где-где? – Парень сполз с кресла, кое-как утрамбовался в отсеке для ног и принялся торопливо обшаривать пол. Под сиденьем не было видно ни зги, но после трехмесячной слепоты пальцы Теда по чуткости не уступали глазам. – Чё-то не нахожу…

– Подними левую руку и проведи по крышке, там тумблер вмонтирован!

– А какой он на ощупь?

Рэтт озадаченно примолк, щупая собственный тумблер и пытаясь сформулировать возникающие при этом ощущения, но потерпел позорное фиаско.

– Как тумблер, болван!

– А-а-а, – глубокомысленно протянул Тед, словно эта информация ему здорово помогла. Быть киборгом оказалось легко и приятно. Главное, не перегнуть палку, а то Рэтт взбесится и прибежит сам питание включать. – Точно, нашел. Вау, какая красота! А что дальше делать?

Нижний люк тоже запирался снаружи, но был гораздо тоньше и, кажется, Тед нашел слабину в одном из креплений. Если бы чем-нибудь его подковырнуть… Парень высунул голову из-под кресла и уперся носом в рычаг управления. Отлично! Выиграть бы еще немного времени…

Что там одноногий бубнит в наушниках, Тед почти не слушал: вызвал меню, потыкал пальцем в нужные строчки, запуская спарринг. «Корабли» увидели друг друга, на радаре возникла алая вражеская точка.

– Слышь, Рэтт, – как бы между делом бросил парень, – а что у тебя с Казаком-то? Как вы с ним снюхались?

– Не твое собачье дело, – огрызнулся Манкс.

– Ты это ради денег или он тебе просто выбора не оставил?

– Заткнись!

– Значит, второе. – Тед запустил «двигатель», подождал, пока отметка прогрева доползет до нормы, и взялся за рычаг управления. – Ты поэтому ему и дерзишь помаленьку, да? Делаешь вид, что он тебя не запугал, а упросил своим пилотом стать? А сам трясешься, как бы действительно его не разозлить – вторую ногу оторвет? – Истребитель плавно оторвался от земли и пошел сквозь атмосферу, постепенно набирая скорость. Эх, все-таки вээскашка – вещь, даже в урезанном варианте! Тед даже спать в ней согласился бы, если бы ради того, чтобы она поместилась в его каюте, пришлось выбросить койку.

– Тебе меня не разозлить, понял?! – зарычал Рэтт. – А если и разозлишь, я от этого только лучше летать буду, так что даже не мечтай! Давай, драпай, отсчет пошел!

– Ага, – в третий раз сказал Тед, нажал еще пару кнопок, снял шлем и, задрав ногу, что есть силы пнул рычаг. Тот хрястнул и покосился, доламывать пришлось руками.

– Трындец, – пробормотал парень, чувствуя себя святотатцем. Отломать штурвал – кошмар для любого пилота, а уж сделать это нарочно… Манкс за это заплатит!