К Лине напрямую обращался только Максимилиан и Фирей, остальные, почему-то боялись, и интересующие их вопросы озвучивали, как будто мысли вслух. Это могло бы показаться забавным, если бы не тема обсуждения.

– Хилон, мы завтра отбываем в Афины, а после в Мизию. У вас будет время разработать систему обучения и тренировок более детально.

– Хорошо, мой полководец, - низко поклонился правитель Спарты.

– Все свободны, - Максимилиан властно махнул рукой на дверь, предлагая освободить помещение. Лина тут же вскочила и быстро направилась на выход, спеша выйти вместе со всеми.

– Лина!

Девушка внутренне зарычала, услышав голос мужа и, останавливаясь, закрыла глаза.

– Иди сюда, - холодно сказал он.
– Малыш, иди ко мне, - уже гораздо теплее прошептал он, когда увидел её настроение, и протянул руку.

Сердце Лины моментально оттаяло, и она полетела в любимые объятия мужа. Он крепко прижал жену к себе, мягко целуя в макушку.

– Максим, я была не права, когда отказала тебе. Это больше не повторится, - прошептала она, окончательно разомлев от нежных рук, уже откровенно ласкающих её тело.

Ничего не говоря, он приподнял жену и посадил на стол, удобно расположившись между её ногами, и накрыл губы горячим требовательным поцелуем.

Лина закрыла глаза от удовольствия, ощутив его руку на своей уже оголённой груди и...

– Пошёл вон!
– рявкнул Максимилиан, и она подпрыгнула от неожиданности, обернулась и успела заметить только закрывающуюся дверь. И тут же начала поспешно слезать со стола.

– Ты куда? Я ещё не закончил, - шепнул он, нежно прикусывая нежную кожу на шее девушки.

– Нас увидят.

– Плевать, я хочу тебя. Хочу прямо сейчас.

– Максим, - застонала Лина, почувствовав его в своём теле, и от неожиданно захлестнувшего её удовольствия.

На следующий день

– Я был рад с вами познакомиться, госпожа, - произнёс правитель Спарты и низко поклонился, за что был удостоен удовлетворительного кивка Максимилиана. Хотя на нём была маска грозного полководца, и по лицу сказать что-либо конкретное было нельзя.

Они стояли на площади перед дворцом Хилона, и Лине уже не терпелось отправиться в путь, о чём и говорил её красноречивый взгляд. Спарта ей определённо не понравилась. И люди, проживающие в ней тоже. Они были действительно другими, как и говорил муж, довольно грубые мужчины и слишком мягкие женщины. Максимилиан сказал, что в Греции для женщины выйти замуж за солдата - честь, а в Спарте их много как нигде, вот все и спешат сюда, и с покорностью принимают свою судьбу.

Фу, её аж передёрнуло, от этой мысли.

Лина благодарно кивнула Хилону и многозначительно посмотрела на Максимилиана, мол, когда поедем уже? Полководец понимающе хмыкнул и, развернув лошадь, направился из города.

Когда солнце уже почти зашло, небольшой отряд - Максимилиан с женой, Тигран и десять солдат прибыли в Коринф. Лина грустно вздохнула, опять не получится посмотреть на город. Когда они ехали в Спарту, то тоже останавливались на ночлег в этом городе, и тоже приехали ночью, а рано на рассвете как обычно уже собирались дальше в путь. Как же они тут любят всё делать с рассветом.

Тигран сказал Лине, что здесь на Акрополе очень красивый храм Афродите, и при нём какое-то нереальное количество проституток. И ей очень хотелось взглянуть на это. Не на проституток конечно, а на храм. И на город.

– А завтра выезжаем когда?
– спросила Лина.

Они уже разместились в своей спальне, девушка сняла пояс с кинжалами и положила на стол рядом с кроватью. Местный правитель Филипп, был гораздо приятнее спартанского, и у него даже мысли не возникло, чтобы Лину с мужем разместить в разных комнатах. И обстановка самой комнаты была очень и очень неплоха.

– На рассвете конечно, - ответил Максимилиан. Он уже разделся и с интересом наблюдал за женой из кровати.

Как же он быстрый, быстро раздевается, быстро одевается, и выезжать куда-либо нужно обязательно на рассвете и никак иначе. Только в любовных играх скорость он не признавал. Лина улыбнулась сама себе.

– А что, не терпится уже в Афины вернуться?

– Нет, я хотела город посмотреть. Тигр сказал он очень красивый, и даже храм есть, большой.