– Так чего же ты хочешь? – произнес кто-то за спиной.

Кирилл обернулся в последний момент, остановился перед столом с вельможами. Странно, но одно лицо показалось ему смутно знакомым – загорелое, жирное, с гримасой брезгливости и отвращения одновременно. Надо бы подумать об этой странности, да некогда.

– Проси, – щедро предложил халиф и опустил вилку в тазик с остатками оливье.

– Отдай мне его, – Кирилл ткнул пальцем в сторону полуживого от горя и страха повара, – на время. Мне с ним поговорить надо. Я его тебе верну, часика через два. Или немного позже, но к завтраку точно.

Халиф посмотрел сначала на Кирилла, потом на своего повара, снова бросил взгляд на безумного иностранца и провозгласил:

– Хорошо, пусть будет так. Я дарю тебе его кровь, теперь он твой раб и делай с ним все, что хочешь.

– Спасибо. – Кирилл бросился к повару.

Тот поднял голову, взвыл и пополз навстречу Кириллу. Охранники отошли в сторону, и никто не помешал повару добраться до победителя, обхватить его обеими руками за колени и зарыдать. В его бессвязных воплях Кирилл разобрал слова благодарности, заверения в вечной любви и преданности, а также покорность своему спасителю и новому властелину.

– Да погоди ты, не ори. Давай поднимайся и иди, как человек, – уговаривал его Кирилл, пытаясь вырваться из крепких объятий повара.

Но тот ничего не слышал и продолжал скулить.

– Прекрати, хватит!

Музыка, шум и крики глушили голос Кирилла. Охрана отвернулась, Ибрахим беседовал с халифом, придворные покидали зал – и Кирилл уже решил провести допрос прямо здесь, вернее, у колонны, если, конечно, удастся дотащить туда тяжелого, как верблюд, повара, но внезапно хватка ослабла. Кирилл почувствовал, что снова может свободно передвигаться, обернулся и увидел астролога. Тот отцепил повара от ноги Кирилла, встряхнул несчастного, как котенка, и завернул ему руки за спину.

– Спасибо, – выдохнул Кирилл, – я бы сам ни за что не справился. Мне надо с ним поговорить. Ты знаешь тут какое-нибудь тихое местечко? – И потянулся к диктофону в поясе плаща.

Хасан собрался что-то сказать, но его опередил повар. Он промямлил что-то, но так быстро, что Кирилл ничего не понял.

– Кухня, – перевел мычание повара астролог, – он говорит, что можно пойти туда и всех выгнать.

– Отлично, – обрадовался Кирилл, – кухня – это то, что надо. Тащи его, да смотри, чтобы не убежал.

Хасан кивнул и поставил повара на ноги. Тот покачался немного, но, получив пинок пониже спины, резво побежал по коридору. Хасан и Кирилл пошли следом.

В кухне было по-прежнему жарко и дымно, повара сновали в чаду, как черти, и так же быстро убрались кто куда, повинуясь визгливому приказу повара. Кирилл бросился к «своему» столу и с изумлением обнаружил на полу рядом с ним рюкзак. Внутри все было цело, на указки, фломастеры и фонарик покуситься никто не посмел. Повар дрожал, таращил глаза и старался предугадать следующее движение и желание своего нового хозяина.

– Сюда иди, теперь сядь. – Кирилл загнал повара в угол, где еще недавно трясся от страха Али, и включил диктофон.

Повар жмурился и тер кулаками покрасневшие глаза. У двери что-то упало с негромким стуком, повар и Кирилл обернулись одновременно. Хасан потащил за полог тяжелый сундук и махнул Кириллу рукой: все в порядке, эту баррикаду с разбега не взять.

– Отлично. – Кирилл уселся на стол. – Приступим, пожалуй. Расскажи-ка мне, голубчик, про любимое блюдо халифа. Ну, то, что он любит есть, понимаешь?

Повар не понимал. От страха близкой смерти у него слегка помутился рассудок, щеки его тряслись, как у старого бульдога, глаза слезились. Он попытался сползти по стенке вниз, чтобы упасть на колени, и завел старую пластинку про милость и благородство своего нового хозяина.

– Заткнись! – заорал Кирилл. – И отвечай на вопрос, скотина! И так времени на тебя потратил целую кучу! Что халиф ест по праздникам? В день рождения? Блин, ну чего тут непонятного! И не трогай меня!

Повару удался его маневр, он свалился на пол и простирал к Кириллу руки, толстые волосатые пальцы неприятно шевелились.

Кирилл беспомощно оглянулся. Хасан кивнул, вскочил с бочки, на которой только что удобно устроился, и в два прыжка пересек кухню. Повар бабочкой взметнулся вверх, его лысая голова основательно впечаталась затылком в стену.

– Не орать, – на ухо ему проговорил Хасан, – говорить быстро, на вопросы отвечать, если не спрашивают – молчать. Тебе все понятно?