– А я ж!.. – кричал и захлебывался от восторга Серега Гнездилов. – Я ж ничего, ничего не понял!.. Вот ей-богу! Скажи, Костя, скажи!

– Да, – сказал Костя, – тебе повезло.

Он все еще переживал состояние униженности, которое бывает после глубокого гипноза.

– А я напужалась, сердце в пятках так и трясется, так и трясется. Костя, а ты?

– Я тоже перетрусил, – мрачно ответил Костя, но не признался, что ему стыдно за свою слабость. Теперь меня просто так гипнозом не возьмешь, думал он и сказал: – Майора мы потеряли. Да… Плохо… Отбить я его не смог, не успел. Никогда себе этого не прощу!

От столкновения с гребнистыми «песиголовцами» остались стыд в душе и тупая боль в затылке, да страшно болели пальцы, которыми Костя сжимал АА-24.

– Да что ты?! – закричали они хором. – Что ты!!! Ты настоящий герой!

– Не прощу! – упрямился он.

– А мое мнение, это майор завел нас в ловушку! – брякнул Гнездилов и испуганно взглянул на Костю, проверяя его реакцию.

– И мне тоже так кажется… – согласилась с ним Верка, держа кошку, которая от пережитого спала мертвецким сном. – Чего он туда поволокся? Открыл ворота и сиганул, будто его ждали.

– Ну знаете! – возмутился Костя. – Может, он спешил в этот самый «третий мир»? Может, человек спасти своих хотел. Батя твой, кстати, тоже там.

Он в двух словах, соблюдая, конечно, режим ОПС, рассказал, что пришлось пережить майору в плену, рассказал о том, что «жабаки» едят людей, что Кремль захвачен неизвестно кем и что он, Костя, пытается во всем этом разобраться. К его удивлению, лицо Гнездилова осталось невозмутимым, как звезды на небе.

– Так ты из спецслужб?.. – уточнил он.

Костя хотел рассказать о черных сталкерах, что их привлекли к работе, но никто из них не смог проникнуть в Зону, что все погибли, как погибла и Софринская особая бригада оперативного назначения, но внимательно посмотрел на Серегу Гнездилова и ограничился коротким ответом:

– В общем-то, да.

– Так бы сразу и сказал, а то я подозревал тебя в чем угодно.

– В чем же? – удивился Костя.

– Да хотя бы в дружбе с майором.

– А что в этом плохого?

– Ничего, только… м-м-м…

– Что?!

– Непонятный он, с кем-то разговаривал за печкой.

– Майоры тоже не каменные люди, – заметил Костя. – У них есть свои слабости.

– Ничего это не слабости!

– А что?

– Я не знаю… – пожал плечами Гнездилов. – Такое ощущение, что он докладывал кому-то.

– Может, и докладывал, – допустил Костя. – Теперь уже ничего не поделаешь. – Но все еще до конца не верил, что майор Олег Павлович Базлов – предатель.

Странным было лицо у Сереги, словно он завидовал чему-то, и, честно говоря, Костя его не понял. Он лишь в очередной раз подумал, что «фрактал» «фракталу», видать, рознь. Одни враждебны человечеству, другие, как Гнездилов, живут рядом и в ус не дуют. Не поймешь их. Вечные люди что ли?

Верка тоже не удивилась, словно была готова к чудесам.

– Да?.. – задумалась она, поглаживая утихомирившуюся Дусю. – А я даже не подозревала… – И оглянулась туда, откуда шел гул. – А где эти пленники сидят?

Костя пожал плечами.

– Я Базлова давно знаю… – заверил их он, а сам подумал, как давно? Всего-то двое суток, а кажется, что всю жизнь. Половину из этих двух суток Базлов где-то шлялся один-одинешенек и что-то делал. Если с Базлова сотворили копию «нитридо-платиноида», то я не виноват. Может, в этом вся проблема? Ведь с Базловым должны были работать? Как это я раньше не задумывался? Нет, не может быть, чепуха, так не бывает. Майор не может быть предателем. А какие речи он говорил! Как красиво изъяснялся! И каким правильным и мужественным казался. Один баритон его чего стоил!

Первые робкие сомнения появились в Костиной душе: но ведь майор бежал из плена, и мы ходили по подземелью, а потом пьянствовали с «фракталами», надеясь с их помощью разузнать что-нибудь о Зоне. У майора было сто десять возможностей убить меня одним махом. Я бы даже пикнуть не успел. Почему же не убил, если он на стороне «фракталов» и «жабаков»? На этот вопрос у Кости не было ответа. Значит, Базлов свой и пропал он, как герой. Я когда выйду отсюда, всем так и сообщу: Базлов Олег Павлович – герой, каких еще поискать надо.