Шрифт:
— С кем?..
— Ну, тебе-то спрашивать позволительно, — заметил Дейн.
— Голоса города, — пояснил Мур.
— Как им хочется думать.
— Дейн, пожалуйста. Старейшие оракулы из М-двадцать пять.
— Прошу прощения, — извинился Дейн. — Но Фитч давно уже никуда не годится. Говорит то, что от него хотят услышать. Все только следуют традиции…
— Кое-кто проницательнее остальных, — вставил один из присутствующих.
— Вы забываете, — сказал тевтекс. — Именно лондонманты первыми указали на это. Фитч, может быть, уже не в форме, это верно. Многие отказываются от традиции, это тоже верно.
— Сантименты, — проронил Дейн.
— Возможно, — кивнул Мур. — Но на сей раз именно он об этом сказал. Он всех умолял обратить на это внимание.
Мур нажал на кнопку воспроизведения.
«…вы бы лучше спросили», —произнес резкий цифровой голос.
— Это Саира, — вставил Мур.
«…о том, ради чего сюда пришли».
«Что-то такое поднимается, глубоко подо всем».Это проговорил тевтекс.
«Мы ищем линию между возможными…»
«Не в этот раз. —Стариковский голос, бормотавший то связно, то бессмысленно. Звучал он настойчиво и с оттенком замешательства. — Веруйте, но вам надо что-тоделать, понимаете? Вы правы, это надвигается, и вы должны… Это конец всему».
«Веровать во что? — спросил тевтекс. — В Лондон?»
Старик Фитч стал плести что-то о закоулках и сокрытых историях, распространяясь о пентаграммах в банальностях городской планировки.
«Было время, когда я уже говорил об этом», —сказал он вдруг.
«Не понимаю…»
«И никто не понимает. Я знаю, что вы думаете. Что они вам сказали? Говорил вам хоть кто-нибудь, что именно надвигается? Говорил? Нет. Все они знают: что-то близится. И никто не видит возможности ускользнуть, так? Что-то, —сказал Фитч, и его голос прозвучал как голос праха, — надвигается. Лондон давно говорит вам об этом. Что-то случилось, и нет смысла вести расчеты. На этот раз не поспоришь. От этого не ускользнуть».
« Что же это такое?»
«Миру крышка. Что-то поднимается. И — конец. Если какие-то авгуры предсказывают вам обратное, увольте их. —Билли услышал отчаяние в его голосе. — Они либо лгут, либо заблуждаются».
— Нам надо искать, — сказал Дейн. — Надо выйти и заняться поисками Бога. Там всем заправляет Тату. Он не позволит никому обладать источником такого могущества.
— Ты говорил о человеке, который с ним враждует, — напомнил Билли. — Может, это он забрал кракена?
— Гризамент? — сказал Дейн. — Нет. Он не был ни злодеем, ни божьим человеком. К тому же он мертв.
— Все же думают, что кракена забрали вы,разве нет? — сказал Билли.
Все уставились на него.
— Каждому понятно, что мы не стали бы этого делать, — ответил тевтекс. — Он не наш.И ничей.
Да, эти ни за что не умыкнули бы кракена, асимптоту их веры.
— Что же вы хотите делать? — поинтересовался Дейн. — Говорите, нам надо разобраться в ситуации? Но нам надо охотиться. Мы сможем освободить его от сил зла.
— Хватит, —сказал тевтекс. Остальные замолкли. — Разве вам не приходит в голову, что это испытание? Вы в самом деле думаете, что Бог… нуждается в спасении?
Билли впервые увидел, что он держится как подлинный глава церкви.
— Разве вы не помните свой катехизис? Какая фигура на доске самая сильная?
— Самая сильная фигура — это Кракен, — после долгой паузы сказал Дейн.
— Почему?
— …Движение, которое представляется отсутствием движения.
— Действуйте так, словно понимаете, что это значит.
Мур поднялся и вышел. Билли ждал, наблюдая. Вышел и Дейн. Прихожане, один за другим, покидали комнату.
Глава 20
Штаб-квартира ПСФС — средних размеров комната — была обставлена дешевыми креслами и офисной мебелью из «Икеи». Коллингсвуд не объявляла ни один из столов своим и вообще редко ими пользовалась, предпочитая работать с ноутбуком в глубоком кресле.