— Это список тех, кто мне чем-нибудь обязан, не принадлежит к церкви и не кинет меня, — сказал Дейн.

Имен в списке значилось не так уж много. Дейн и Билли находились в глубине четвертой зоны, в укрытии, которое было заброшенным сквотом и под него же загадочным образом маскировалось. Они ждали Вати.

— Кто такой «хамелеон»? — спросил Билли. — Звучит знакомо…

Дейн улыбнулся.

— Это Джейсон, о котором я говорил. То одну работу делает, то другую. Да, мы с ним с давних пор сотрудничаем. — Дейн снова улыбнулся воспоминанию. — Он поможет, если до этого дойдет. Но главная для нас фигура — это Вати, без вопросов.

— Где была та мастерская, куда меня затащил Тату?

— Зачем тебе знать? Билли, ты что, задумал какую-то глупость?

— Какую еще глупость? Ты же воин, так? Ты беспокоишься, как бы Тату не заполучил твоего бога. Почему бы не перенести войну на его территорию? Знаешь, я хочу прищучить его так, как только смогу. Насчет этого я честен. А еще — Госса и Сабби. Мы хотим одного и того же, ты и я. Если мы сможем им насолить, все будут счастливы. Кроме них. В этом же вся суть, верно?

— Билли, мы не будем брать обиталище Тату штурмом. Для этого нужна целая армия. Во-первых, я не знаю наверняка, где он сейчас. То был один из его притонов, но никогда не известно, где в следующую минуту будет он сам или его мастерская. Во-вторых, как насчет охранников? Пренебрегать ими нельзя. К тому же Тату — одна из самых могущественных персон Лондона. Все ему чем-то обязаны — услугами, деньгами, жизнью или чем-то еще. Выступив против Тату, мы никогда не расхлебаем дерьма, даже если разделаемся с ним, что нам не под силу.

— А что, у него есть?.. Он может?.. — Билли покрутил руками.

— Магические умения? В нем не это главное: его преимущество — деньги, увечья и боль. Послушай, у кого-то там есть кракен, а он не знает, у кого именно. Сейчас у нас в активе только одно: то, что Тату удручен не меньше нашего. Понимаю, ты хочешь… Но нам нельзя терять время, бегая за ним. Главный удар мы нанесем, если заполучим спрута. Сам Тату — слишком крупная дичь. Мы всего-то два парня, с моими знаниями и опытом и твоими снами. Надо тебе начать видеть сны ради нашей цели. Нечего прикидываться, что это лишь сны: то, что ты видишь, реально. Сам знаешь. Это сообщения от Кракена. Научись видеть сны ради нашей пользы.

— Что бы мне ни снилось, — осторожно сказал Билли, — не думаю, что за этим стоит кракен.

— Ну а что же еще, черт возьми? — В голосе Дейна звучала не злость, но мольба. — Кто-то вытворяет с ним невесть что.

Дейн закрыл глаза и помотал головой.

— Разве можно истязать мертвого бога? — спросил Билли.

— Конечно можно! Истязать можно и мертвую собаку. А мучить так вообще кого угодно и что угодно. Вселенной же это не нравится — вот почему предсказателям судеб так хреново.

— Мне надо сообщить Мардж о смерти Леона, — сказал Билли, потирая подбородок. — Она должна…

— Не знаю, друг, о чем ты, — сказал Дейн, не глядя на него. — Но лучше тебе это оставить. Ты ни с кем не должен говорить. Нельзя. Ради себя — да и ради нее тоже. Думаешь, ты окажешь ей услугу, если втянешь во все это? Знаю, она ни при чем, но все же…

Билли показалось, что Дейн чего-то недоговаривает.

На полу между ними стоял пластмассовый гном. Они ждали Вати. Дейн стал показывать Билли удары дубинкой при помощи деревянной ложки, потом продемонстрировал ему замедленные удары кулаком и захваты шеи.

— Молодец, — повторял он время от времени.

Дейн вел обучение слегка рассеянно, все время следя за обстановкой. Но когда Вати появился, это произошло так тихо, что никто из двоих не заметил и намека на его присутствие, пока тот не заговорил.

— Простите за опоздание, — сказал ворчливый голос внутри круглолицего пластмассового человечка. — Экстренные собрания. Вы не представляете…

— Все в порядке?

— Совсем не в порядке. На нас напали.

— Что стряслось? — спросил Дейн.

— Все знают, что это не пикник, верно? Но эти обрушились на наших слишком уж круто, жестоко — дальше некуда. Андре до сих пор в больнице.

— Копы?

— Профи.

— Пинкертоны?

Этим словечком, именем детектива, издавна обозначали наемников для подавления забастовок.

— Они не делали из этого тайны. Это ублюдки Тату.

Дейн уставился на гнома, а тот — на Дейна.

— Думаю, это не такая уж неожиданность, — сказал Дейн и потер большой палец об указательный. — Известно, кто ему платит?