Солдаты развязали Кожина, положили на носилки и понесли прочь. Профессор Гляйвиц величественно пошёл вслед за ними. Лариш-Больц немного задержался. Он прожигал спину директора своими рысьими глазками и беззвучно шевелил тонкими губами, произнося проклятия.

К нему подошёл доктор Коринта.

— Извините, герр магистр, я понимаю ваше возмущение и сочувствую вам, — сказал он тихо.

— Что вам надо, подлая чешская крыса? — злобно прошипел Лариш-Больц.

— Я хочу оказать вам услугу. — спокойно проговорил Коринта.

Магистр насторожился:

— Какую услугу?

— Устройте нашу встречу сегодня вечером здесь, на крыше. Даю вам слово, что не пожалеете. Я хочу передать вам секрет свободного полёта. Но у меня есть условия.

— Какие?

— Расскажу при встрече. Вы согласны?

— Хорошо, доктор Коринта, я встречусь с вами здесь, на крыше! Но горе вам, если вы меня обманете!

— Не обману, герр магистр, будьте уверены!

Весь вечер доктор Коринта провёл у постели Кожина. Состояние Ночного Орла оставалось прежним: он машинально принимал пищу, равнодушно отнёсся к тому, что с кровати-весов его переложили на обыкновенную койку (по настоянию доктора Коринты) и, что было самым страшным, наотрез отказывался говорить. Когда стемнело, к-овский врач оставил Кожина в палате одного и пошёл на свидание с магистром Лариш-Больцем.

Феноменолог ждал Коринту в вестибюле второго этажа. Сопровождаемый в отдалении эсэсовскими стражами Коринта подошёл к сидевшему в кресле магистру и сказал:

— Я к вашим услугам, герр магистр.

— Пойдёмте, герр доктор! Я сгораю от нетерпения!..

И вот они на крыше.

Погода за день испортилась, моросил мелкий дождик. Кругом была непроглядная темень. Огромный город, раскинувшийся по обоим берегам реки где-то внизу, под холмом, не выдавал себя ни единым огоньком. Оттуда доносился лишь едва различимый смутный гул.

Магистр феноменологии сразу приступил к делу:

— Думаю, нам не стоит здесь напрасно мокнуть, доктор. Выкладывайте ваши условия, на которых вы решили передать мне секрет свободного полёта!

— Мои условия предельно просты, герр магистр. Я передам вам агравин, который мне удалось изготовить, передам документацию, а вы немедленно, не возвращаясь к себе в комнату, покинете лабораторию «HV»…

— Вы с ума сошли!

— Нисколько, герр магистр. У меня нет иного выхода. Профессор Гляйвиц твёрдо решил завладеть агравином, а меня уничтожить. Я бы сам попытался бежать, но агравином может пользоваться далеко не каждый. Надеюсь, вы слышали об этом?

— Слышал. Профессор Гляйвиц говорил нам. Для этого Кожину и соорудили кровать-весы, чтобы приготовить его к испытанию агравином. Он ведь, кажется, единственный подходящий объект…

– Нет, герр магистр, не единственный. Некоторые наблюдения убедили меня, что вы обладаете такими же, если не лучшими данными. Это и заставило меня сделать вам предложение. Агравин даст вам возможность покинуть по воздуху протекторат, пересечь линию Западного фронта и достичь одного из штабов американской армии. Там вы расскажете обо мне и о той опасности, которая мне угрожает со стороны профессора Гляйвица. Я уверен, что американцы сумеют выручить меня. За эту службу я приму вас в свои компаньоны по эксплуатации агравина после войны. Вот и все мои условия.

Несколько минут магистр не отвечал ни слова. Лица его Коринта не видел. Ему почудилось было, что Лариш-Больц смеётся, и он незаметно вынул большой шприц, наполненный лошадиной дозой агравина.

Доктор Коринта твёрдо решил наказать магистра феноменологии за все пытки и издевательства, которым он подвергал Кожина, но наказать так, чтобы самому остаться вне подозрений. Для этого он и придумал эту встречу на крыше, для этого я предложил магистру секрет свободного полёта. Но если магистр не попадётся на эту хитрость, шитую, в общем-то, белыми нитками, Коринта насильно сделает ему укол, а там будь что будет…

Но Лариш-Больц поверил Коринте. Поверил по той простой причине, что, во-первых, слишком хорошо знал профессора Гляйвица, а во-вторых, потому что предложение Коринты добраться до американцев оказалось созвучным его собственным тайным помыслам. Конечно он вполне допускал, что Коринта может его обмануть: подсунуть вместо агравина и правильной документации какую-нибудь ерунду. Но что магистр от этого потеряет? Важно, что он долетит до американцев, выкарабкается с целой шкурой из-под обломков «тысячелетней гитлеровской империи»…