— Нет. Я подумала, что об этом нам лучше переговорить лично. Мне не нужны деньги. Я хочу развод.

— Очень интересно. Восемь лет не хотела, а теперь вдруг захотела.

— Алессандро, иронические замечания можешь оставить при себе. Я просто называю свою цену, только и всего.

— А если я не соглашусь…

— Тогда я не стану на тебя работать.

— Ну это, положим, вряд ли. Я ведь не шутил насчет твоего приятеля. Я его уничтожу.

— Это глупо. Неужели после восьми лет, в течение которых ты явно не скучал без меня, ты все еще таишь зло на Троя…

— Таю? Нет, моя драгоценная, я отнюдь не таю зло. Я, можно сказать, открыт, как телефонный справочник. И на твоем месте я вообще бы не заикался о том, что произошло восемь лет назад. Просто сейчас у меня относительно мирное настроение, и я готов забыть некоторые прискорбные обстоятельства этого дела.

— Забыть?! Забыть, как твои холуи выкидывали меня из дома, не дав одеться? Как били Троя? Как я осталась без гроша в кармане?

— Деточка, а ты всерьез полагаешь, что мне стоило назначить вам с Рендером пожизненную ренту? За то, что он трахал мою собственную жену в моей собственной постели?

— Ты несешь чушь! У нас с Троем никогда ничего…

— Джуди, всему есть предел. Если ты идиотка, то я идиотом никогда не был. Разве только когда женился на тебе.

— Вот и прекрасно! Исправь эту оплошность. Дай мне развод.

— Не смей меня шантажировать.

— О, разумеется, это же твоя прерогатива! Только ты имеешь право шантажировать других.

— Да, куколка. Имею. Особенно, когда это имеет смысл. А сейчас это имеет смысл, потому что ты боишься за своего любовника.

— Он мне не любовник! И никогда им не был.

— Да. И в нашей постели оказался совершенно случайно.

— Алессандро! Ты что, ревнуешь?!

— Тебе этого не понять, дорогая. Согласен, ты досталась мне девственницей, хотя, положа руку на сердце, неопытной простушкой тебя назвать было трудно. Замнем это. Дело не в ревности. Дело в уважении. То, что вы с Рендером устроили за моей спиной, было, есть и будет оскорблением. Вы меня оскорбили. И так и не понесли за это наказания.

— И ты согласен работать с женщиной, которая внушает тебе отвращение и презрение?

— Это не твое дело, дорогая.

— Хорошо. Пусть. Дай мне развод, иначе я не буду работать на тебя.

— Неверная последовательность. Поработай на меня — и, если меня все устроит, я дам тебе развод.

— Почему я должна тебе верить?

— Берегись, Джуди, ты снова оскорбляешь мою гордость. К тому же на сей раз мы заключим контракт. Завтра, во время ланча, я представлю тебе все бумаги. Серж отличный адвокат.

— Твой адвокат.

— Разумеется. Но он — профессионал. Как и все, кто меня окружает.

— Включая цыпочек на фото?

— Ого! Теперь ревнуешь ты, как мне кажется. Ничего. Мы теперь чужие люди, и я не обязан отчитываться перед тобой.

— Можно подумать, раньше было иначе.

— Все, Джуди. Завтра в «Рице».

Она опустила трубку на рычажки и закусила губу. Немыслимо. Невозможно. Нельзя.

Снова обречь себя на эту муку. Сидеть рядом с ним, слышать его низкий голос, ощущать тепло его тела. И без конца вспоминать, какими нежными могли быть огромные руки, скользящие по ее обнаженной спине, ласкающие напрягшуюся грудь…

Она вскочила и ринулась в ванную. Холодный душ — вот что ей сейчас необходимо! Иначе воспоминания заведут ее слишком далеко.

Ее главной и единственной ошибкой было нарушение самого древнего и самого жесткого правила бизнеса. Нельзя влюбляться в босса! Ни в коем случае. А она влюбилась.

Восемь лет назад Алессандро Кастельфранко уже был миллионером и мог бы позволить себе не работать, но ему было всего двадцать шесть лет, и фирма по оказанию юридических услуг была тогда его главным хобби. Джуди Маклеод пришла наниматься секретаршей — и ее взяли. А еще через месяц Алессандро должен был лететь на переговоры в Майами. Его личный секретарь, пожилая и исполнительная миссис Кларк, заболела перед самым отъездом. Так Джуди впервые оказалась с боссом наедине.

Их роман был стремительным и яростным, как извержение вулкана. Уже на второй вечер пребывания в Майами они сбежали от партнеров Алессандро, и на белом песчаном пляже, под рокот прибоя Джуди отдалась самому прекрасному мужчине в мире. Так она тогда считала.

Она не строила никаких планов, не собиралась плести интриги и заманивать босса в свои сети. Она понятия не имела об этих самых сетях. Джуди Маклеод влюбилась в Алессандро Кастельфранко. Точка.

Он всегда ее завораживал. Синие глаза темнели от страсти, и что-то происходило с ними обоими, когда они прикасались друг к другу. Их страсть была яростной и неуправляемой, хотя и нежность, с которой Алессандро ласкал Джуди, тоже была бесконечной. Каждую ночь они вели бой, и лишь под утро засыпали, обессиленные сражениями.