Див взревел, подпрыгнул, лапы взметнулись нелепо, но до края каменного уступа не достали. Придон взял топор обеими руками.

– Ну что, жаба?.. Не удалось?

– Ты… – проревел Серый Див, – ты оттуда… никуда…

– Только на твой труп, – крикнул Придон. – Больше некуда!

Див откинул голову назад, грудь раздулась, из пасти вырвался рык. Придона отбросило к стене, колени задрожали, он едва удержался на ногах. Череп наполнился грохотом, мелькнула слабая мысль, что вот сейчас Див, что на глазах превратился в дракона, подпрыгнет, ухватится лапами за край и ухватит его зубастой пастью… а он, Придон, даже не может поднять топор.

Перед глазами всплыло прекрасное лицо Итании. В ушах прозвучал ее божественный голос, грохот в черепе утих, злая мощь снова хлынула в тело. Он закричал в ответ: страшно, яростно, вызывающе.

Огромное, отливающее металлом тело метнулось снизу к его уступу. Дракон прыгнул с места, мощным толчком его подбросило почти до вершины. Придон отшатнулся, острые камни впились в голую спину. Лапы зверя царапнули камень, огромная, как башня, голова выросла на самом краю. Дракон не успел распахнуть пасть, из ноздрей вырвался не сизый, а уже черный дым, заставил Придона раскашляться.

Когда он открыл глаза, снизу донесся глухой удар. Драконьи лапы уже не цеплялись за край площадки. Он поспешно подошел к краю. Дракон упал на спину, с неожиданной для такой туши ловкостью перевернулся, даже не сломав гребня, вовремя сложил, гад, теперь на всех четырех пятится от выступа, глаз не сводит, похож чем-то на стрелка из лука, направляющего стрелу…

Придон в отчаянии огляделся. Глупо бить топором по закованной в прочнейшие доспехи морде, глупо голыми руками, но что делать, если дракону на этот раз достаточно прыгнуть точно так же, но не разглядывать, а сразу цапнуть огромной пастью?

Глаза зверя не отрывались от крохотной фигурки на краю обрыва. Он попятился еще, подобрался, голова на короткой шее сдвинулась вправо, затем влево, глаза точнее наметили дугу для прыжка…

Придон напрягся, смерть ужасная, но надо встретить без крика. Отодвигаясь от края, снова уперся спиной в отвесную стену, едва не упал, под ногами шелохнулся валун.

Дракон начал стремительный разбег. Придон ухватил глыбу, с трудом. Гора содрогнулась от удара. Придон, едва удержавшись на ногах, с неимоверным усилием вскинул глыбу над головой.

За край площадки с треском зацепились лапы. Появилась голова дракона, глаза горят бешенством, он раскрыл страшную пасть, Придон изо всех сил швырнул глыбу прямо в глотку.

Тяжелый обломок скалы распорол язык острым, как у бритвы, краем. Огонь и дым на миг исчезли, это глыба закрыла темную на красном фоне пасти глотку, исчезла. Мгновение глаза дракона с нечеловеческой яростью пожирали врага. Из пасти снова вырвался клуб дыма, но вместо рева в груди всхлипнуло, послышался хлопок, словно рвали туго натянутое полотно.

Страшные когти соскользнули с края. Придон с бешено колотящимся сердцем смотрел на страшные борозды, что остались на камне. Кое-как, на дрожащих ногах подошел к краю.

Дракон корчился внизу, его подбрасывало, он задыхался, лапы бесцельно царапали камень, взрывали землю. Из ушей внезапно потекли темные струи, от них шел пар, а где касались травы или щепок, вспыхивал огонь. Жуткая морда трижды поднялась в муке, всякий раз ударяясь о землю со страшной силой, на лапах трещали и обламывались когти.

Зверь задыхался, пытался ползти, не понимая, что тяжелый заостренный осколок скалы не только порвал глотку, но и размозжил ему череп и мозг изнутри.

Придон торопливо сполз, царапая живот, крикнул задыхающимся голосом:

– Ну что?

Дракон пытался привстать, но завалился навзничь. Придон стоял над ним, кулаки сжаты, горячее дыхание из груди, а в сердце нарастало изумление: неужели это он, Придон, сумел завалить такое чудовище? Сейчас особенно видно, насколько Серый Див огромен и чудовищно силен.

– Ты… победил, – прохрипел дракон, он медленно превращался снова в прежнего Серого Дива.

– А я… что говорил?

– Ты победил… – сказал Див уже глуше. – Наше время… закончилось…

– Где, – спросил Придон, – где лезвие меча Хорса?

Серый Див лежал, раскинув лапы. Жизнь медленно уходила из его огромного тела, глаза потускнели. Но едва Придон упомянул про меч, в них промелькнули багровые искорки, как будто ветер подул на покрытые пеплом горячие угли.

– Меч? Меч… лежит… но тебе его не достать…