Подойдя к стоящей у заправки машине, Джо открыл дверцу и оглянулся через плечо.

– Похоже, получилось. Покрутимся минут пять-десять, хочу убедиться, что нам не сели на хвост.

– У меня такое чувство, будто я попала в фильм Альфреда Хичкока. Убегаю через задний двор, лезу через забор, – пробормотала Ева, усаживаясь впереди. – Это неправильно. Не репортеров надо бояться.

– Мы и не боимся. – Джо отъехал от заправки и свернул в переулок. – Всего лишь избегаем ненужных неудобств. И переправляем вас туда, где вы будете избавлены от лишних вопросов. Когда они взяли вас в кольцо, вы напоминали бабочку, в которую вонзают множество булавок.

– Вы увезли меня от них. – Ева отвернулась к окну. – Вообще-то я уже привыкла к репортерам. Меня куда больше шокировало случившееся с Бристолями. Ничего подобного я даже не ожидала. – Она посмотрела на него. – Вы так и не ответили. Он позвонил несчастным родителям, позвонил на телевидение, в газету. Ничего такого он раньше не делал. Так почему же делает теперь? У вас есть какое-то объяснение?

– Может быть. Эллен Бристоль сказала, что об убийстве Джейни он говорил так, словно гордился этим.

Ева зябко повела плечами.

– Ужасно.

– Да. Но именно в этом, возможно, и кроется ответ на вопрос, почему он позвонил. Он гордится своей ловкостью, своим умом, тем, что его не могут поймать.

– Но зачем же тогда ему рисковать? Зачем вести себя столь безрассудно?

– Понимаете, все дело в том, что о его хитрости, уме, ловкости никому не известно. Никто не знает, каким могуществом он обладает. Долгие годы он наслаждался этим секретом в одиночку, но теперь уверенность в себе возросла, и он уже считает, что ему некого бояться. Он хочет привлечь всеобщее внимание, ему хочется, чтобы им восхищались. Даже назвал себя Зевсом, чтобы не быть безымянным никем.

– Могущество… Ну конечно, кто более всемогущ, чем бог?

– Сам Зевс добродетельностью не отличался и могуществом своим пользовался не слишком разборчиво. Так что выбор имени вполне логичен.

– Жажда славы свойственна всем серийным убийцам?

– Исключением точно не является. Некоторые довольствуются тем, что всю жизнь держатся тише воды, ниже травы. Других безвестность утомляет, и им хочется выставить власти дураками и продемонстрировать свои таланты. По-моему, дело было так. Когда у дороги нашли тело мальчика, он впервые попробовал вкус славы, и ему это понравилось. Когда сегодня утром в газетах появилось сообщение о находке в пещере, он уже был готов идти дальше и показать всем, кто здесь настоящий злодей. Звонок в газету и на телевидение был не просто еще одним ударом по Бристолям. Ему требуется внимание, ему нужна слава. – Джо пожал плечами. – Но иногда бывает так, что потребность в публичном признании длится лишь ограниченное время, а потом он снова уходит в подполье.

– То есть других звонков может и не быть?

– Заранее сказать невозможно.

– Но если он позвонит, у вас будет шанс схватить его. Газеты и телевидение уже будут наготове, и вы сумеете его отследить.

– Если позвонит.

– Но Слиндак сказал, что в деле намечается прорыв.

– Я говорил, что никогда не стану вам лгать. Любое изменение статус-кво открывает новые возможности, но полагаться на это трудно. Я познакомил вас с основами теории и поделился собственным опытом, но больше ничего сделать не могу.

– Ладно. Что дальше? Мы поедем на обувную фабрику?

– Нет. Это дело я поручу кому-нибудь из парней Слиндака. Сейчас мне нужно поговорить с Брайаном Маквеем и тем программным директором из Си-эн-эн. – Ева открыла рот, но он не дал ей сказать и слово. – Нет, нет, вы со мной не поедете. Мне нужны ответы, а если вы будете где-то поблизости, вопросы будут задавать они.

– Не спорю. Понимаю, что буду вас только отвлекать.

Да, она отвлекает его с того самого момента, когда он впервые ее увидел.

– Переберетесь пока в «Хайатт». Репортеры могут, конечно, пронюхать, но добраться до вас им будет нелегко.

Ева покачала головой.

– «Хайатт» мне не по карману, слишком дорогой. Я и дома прекрасно устроюсь.

– Я запишу ваши расходы на свой счет.

– Ничего подобного вы не сделаете. Вы честный человек, а значит, заплатите из собственного кармана.

– Одна ночь. За сутки накал ослабеет, – продолжал убеждать ее Джо. – В противном случае мне придется расположиться перед вашим порогом. Заплатив за номер для вас, я по крайней мере обеспечу себе спокойный сон.

Ева помолчала.

– В двух милях от дома есть недорогой мотель. Я переночую там с мамой, и никакой «Хайатт» мне не нужен. – Она состроила гримаску. – Я же не какая-нибудь выскочка, которая жить не может без обслуживания номеров и консьержа.

– Верно. Парням вроде меня нужны уход и забота. Иначе мы просто засыхаем. Где этот мотель? Я отвезу вас туда, потом заеду за вашей матерью и заодно попрошу, чтобы она захватила кое-какие ваши вещи.

– Я могу позвонить ей.

– Где мотель? – повторил он.