– Арконов не было, – согласился лейтенант. – Но были «носороги».

– А почему вы не пожаловались начальству? Тардион – коммерческая организация, и вы могли бы…

– Да пытались мы! – рубанул ладонью Карно. – Пытались поначалу требовать аннулирования контрактов. Возвращения назад и все такое, но нам показали последний пункт в договоре – мелким шрифтом, едва заметными серыми чернилами, и оказалось, что все мы были солдатами министерства обороны по распоряжению Службы Военной Разведки, а это по нашим законам означало, что отказ выполнять задание приравнивался к измене родине. Врубаешься?

– Врубаюсь, – ответил Джек, мысленно радуясь, что это не он попался в такую западню. В жуткую западню. А ведь когда-то он был готов не глядя подмахнуть любой контракт. Любой!

– Получалось, что мы работали не на корпоративную армию Тардиона, а на правительство, нам за это платили, но оглашать этот факт запрещалось.

– И… чем вы занимались?

– Мы сдерживали «носорогов», парень! Мы сдерживали их, насколько это было возможно, ведь один из них легко уделывал пятерых наших. Легко! А напрягаясь, мог завалить и десять тренированных бойцов!

– Десять? – не поверил Джек.

– А что ты хочешь? У него силища против нас – вчетверо, скорость – втрое, нас пуля валит, а ему она лишь временное недомогание! Ну и как тут противостоять, я тебя спрашиваю?

– Скверно это, – признался Джек, вспоминая, как свалили его «таргара».

– Не скверно, камрад, а хреново на сто процентов!

– Хреново… – согласился Джек и вздохнул. Он надеялся услышать множество интересных подробностей, а оказалось, что этих подробностей лучше не знать.

В жаровне дотлевали последние угли, за воротами вовсю гулял белый день, но Джек представлял себя в сырой балке возле погасшего костра, а где-то дальше, на севере и на юге, там, где балка выходила на ровную долину, стояли двое часовых. Они согревались химической батареей, вполуха слушали «радиодиверсант» и планировали жизнь на пять, а может, десять лет после возвращения с контракта. Все же люди были оптимистами.

– А роботы у вас были?

– Не было, но мы о вас, пилотах роботов, много слышали. Дескать, приходят с десантом, отодвигают пехоту, решают все задачи и убираются на десантных геликоптерах, а после них тишь да гладь. Однажды меня крепко зацепило, я лежал, глядя в небо, и казалось, что сейчас вы прилетите, прыгнете на своих стальных пружинистых лапах и порвете пушками эту… этих…

Дальше говорить лейтенант не мог, у него запершило в горле.

– Мы ведь верили, что вы где-то есть, что вы можете прийти и прикрыть нас, понимаешь?

– Понимаю, камрад, как не понять, – вздохнул Джек, чувствуя, как у него наворачиваются слезы. Ну почему их бросали на какие-то бессмысленные арконовские доты, если всего в… всего в нескольких…

– А далеко до вашей планеты, камрад? – спросил он.

– Мы летели четыре недели, – шмыгнув носом, сообщил Карно.

– Далековато, – признался Джек и вздохнул. Получалось, что до арконов было ближе, но почему на далеком Арлизоне этих бедняг никто не прикрывал?

Они помолчали, каждый о своем.

– Слушай, а почему вы выбрали именно «А-10»? – спросил Джек.

– Ты про обрез?

– Про обрез.

– А почему тебя это интересует? Ну, в смысле, обрез он и есть обрез, а ты зацепился за название модели. Ты в этом понимаешь?

– Понимаю. По первой специальности я бронебойщик. Знаю «А-10» и «А-15»…

– Это другое дело. Просто у нас под боком имелся склад, и там этой рухляди было немерено – ящики с «А-10», гранаты с шариковыми элементами, кофе в гранулах, кальсоны с какой-то иероглифической маркировкой. Представляешь?

– Очень хорошо представляю, сэр.

– Откуда?

– Я родом с планеты, где все живут с раскопок старых складов, а упомянутые кальсоны носил до самого отъезда.

– Хорошие, кстати, кальсоны.

– Хорошие, – согласился Джек.

– Обрез «А-10» мы выбрали потому, что этого товара было навалом. Я мог взять со склада столько, сколько нужно моему подразделению, поэтому особо никто не задумывался.

– А смысл обреза в чем? Почему не полная версия?

Карно ухмыльнулся и погладил самодельный чехол для укладки обреза.

– Потому что времени для полной версии нету, «носороги» умели подбираться очень близко и атаковать неожиданно. Мгновение – и он порвал тебя когтями, понимаешь?

– О да, – кивнул Джек, невольно вспоминая атаку на его «таргар».

– Поэтому на все про все – полторы секунды. Засек его, выхватил обрез и выстрелил.

– А потом?

– Потом ножом, приятель. Вот этим.

Карно снова достал полуторафутовый графитовый нож и, щелкнув кнопкой, заставил светиться режущую кромку.