– Как она?

– Плохо. Только уснула, а до этого только и делала что плакала!
– ответила Кеси, глядя на меня взрослыми глазами, так не характерными для девятилетнего ребенка.
– Что теперь?

– Мстить!
– жестко бросила я.
– Она перешла грань и заплатит за это!

– Джейнери, будь осторожна! Месть ведет в ад.
– с испугом глядя на меня, пролепетала девочка.
– А я не хочу тебя терять!

– Возвращайся к ней и не оставляй ее одну. Они ночуют у нас.

Девочка кивнула, видя что я не хочу обсуждать ее слова и пошла было назад в комнату. Но потом вдруг остановилась и спросила:

– Почему она не убила младенца?

– Потому что магия тьмы, в том числе и крови, базируется на зле, и если его нет, то и магия не работает. Она не может убить ребенка, пока он не согрешил.
– сказала я и ушла, думая о маленькой девочке, которой повезло выжить.

Войдя в спальню, я долго смотрела на парня, который лежал рядом с шестимесячной сестрой и не сводил с нее взгляда. Девочку отмыли и накормили. Теперь она спала, но никому от этого легче не стало. Особенно ему.

Подойдя я села рядом на кровать.

– Как ты?

– Кто это сделал? Зачем?
– он посмотрел мне в глаза, будто знал, что я знаю. Я отвела взгляд.

Не могу ему сказать. Не простит!

И снова звенящая тишина.

– Люк, все будет хорошо!
– попытка успокоить, поддержать. Сама зная, что попытка провальная.

– Разве?
– в голосе ярость и гнев. Отчаянье. На лице маска ненависти.

Но я его не боюсь. Хочу только успокоить. Поэтому протягиваю руки и шепчу.

– Иди ко мне.

Готова поспорить, что откажется, но я ошибаюсь. Его голова ложится на мои колени, и я чувствую, как ломается какой-то стержень. Он плачет и это слезы горя. Они не унижают его, скорее наоборот заставляют понять и осознать его горе во всей его красе. Мне же ничего не остается кроме как обнимать его и ненавидеть себя за то, что это все случилось из-за меня. Когда наплакавшись и окончательно обессилев он уснул на моих коленях, я поклялась, что она ответит за это и больше никто не пострадает от ее рук.

Глава 4

Я проснулась от ощущения движения. Открыв глаза, встретилась с глазками шестимесячной малышки. Она не плакала, но я сразу поняла, чего она хочет.

Аккуратно положив голову Люка на одеяло и поднявшись, я поднимаю девочку на руки и выношу из комнаты. А уже через двадцать минут вношу спящую девочку обратно. Накормленная и вымытая она почти сразу уснула, а я понимаю, что если Люк не найдет ребенка когда проснется, будет плохо, поэтому старалась не задерживаться.

Едва войдя в комнату, ощущаю его взгляд. В нем благодарность и тревога.

– Она проголодалась. Я покормила.

– Спасибо!

– Не за что!
– улыбаюсь и, подойдя к кровати, ложу ребенка на ее место.

Протянув руку, он взял мою и потянул к себе.

– Посиди со мной. Пожалуйста!

Я только киваю и сажусь рядом с ним. Как же спокойно сейчас сидеть рядом. Просто слушать дыхание и представлять, что кроме нас в этом мире никого нет. Но я никогда не страдала самообманом вот и сейчас не стала.

– Тебе надо отдохнуть.
– погладила я его по щеке.

Он только кивнул и потерся о мою руку.

– Тебе тоже. Ведь ты такое видела, а потом еще меня успокаивала. Прости.

– Не проси прощения за то, в чем не виноват.
– прошу его я.

И опять кивок в ответ. Потом он притягивает меня к себе, и моя голова оказывается на его коленях.

– Поспи, я посторожу твой сон.
– предложил он.

– Нет, спасибо. Я не хочу. Кошмары опять будут.

– Прости за это.

– Дело не в тебе и твоей семье. Дело в моей...
– признаюсь я, не зная как ему объяснить.

– Расскажешь? Может легче станет?

Открываю рот и тут же закрываю. Как ему это рассказать? Надо ли? А потом вдруг выдала очередную полуправду.

– Мне снится смерть моих родителей. Когда мне было пять, их убили у меня на глазах.

– Мне жаль, но ты говорила...

– Меня воспитывала тетка. Но она была жестока, и я сбежала вместе с сестрой. Теперь мы в бегах. Чтобы нас не забрали в приют, мы говорим, что мама военная и служит на базе, а для нас снимает дом.

Он долго молчит. Казалось, он знает что я лгу, но потом кивает и шепчет.

– Я никому не расскажу.

– Спасибо!

Улыбнулся. Потом убрал прядку волос с моей щеки и вдруг наклонился и поцеловал.

Нежные губы ласкали мои, и я теряю ощущение реальности отвечая на поцелуй. Он притягивает меня ближе углубляя ласки. Я прижалась к нему сильнее, забывая обо всем. Потом я оказалась на кровати, страстно отвечая на поцелуи и позволяя его рукам прикасаться ко мне, и тут грянул гром и за окном начался ливень.