Подогреваемый пол, – это такое блаженство. Хожу босиком по кафелю на кухне, выхожу на балконы, но подошвы чувствуют тепло – подогреваемые полы! Там, в глубине, проложены спирали, а вон там на стене красивый такой диск с делениями, можно задавать любую степень нагрева.

На эту квартиру ушло усилий и средств столько же, сколько в моем детстве уходило на постройку завода средних размеров и жилых корпусов для инженеров и рабочих. Я смотрел, как высококвалифицированные рабочие выкладывают кафельную плитку, чтобы зазор был микронным, как подсоединяют сложнейшую электронную систему взаимодействия всех устройств, начиная от скрытых видеокамер наблюдения за подходящими к двери и заканчивая выстроившимися на кухонном столе аппаратами, из которых знаю только соковыжималку да кофемолку, ну разве что гриль и тостер, остальное – какие-то чудовища, но все со сложнейшим программированным устройством, какое во времена моего скитания по тайге геологом было разве что в Центре Управления Стратегическими Ракетами.

Встроенный шкаф – сложное инженерное сооружение, где зеркальные дверцы из закаленного стекла двигаются по направляющим полоскам на крохотных колесиках из титанового сплава. Все подогнано с ювелирной точностью, рассчитано, чтобы владелец не прилагал ни малейшего усилия, отодвигая дверцы, дабы взглянуть на костюмы, брюки и рубашки, пусть не самые новые, но… кто-нибудь из нынешних видел залатанные брюки? Или рубашку?

Не протертую, а именно залатанную?

Одна тепловая пушка для установки натяжных потолков чего стоит!

Домофон с экраном, позволяющим не только наблюдать за подходящим к двери на экране и, не сходя с места, переговариваться с ним из дальней комнаты, но такой домофон, настроенный «на объем», записывает всех, кто просто подходит к двери. И пусть злоумышленники действуют, отключив свет во всем доме, автономного питания достаточно, чтобы сделать отчетливую запись даже в полной темноте. А ведь только пару лет назад такую технику показывали как суперсекретную разработку для охраны атомных лабораторий, а сейчас это так, ерунда, пустячок, то же самое, что новую лампочку вкрутить!

Кузя сидит за рулем скоростного двухдверного Опель-астра купе, ведет умело, по левой полосе, слегка лихачит, а я, сидя рядом, открыл ноутбук, настукиваю заметки, глядя на быстро проскакивающие мимо мосты, высотные дома, затем пальцы как-то сами по себе вытащили из нагрудного кармана крохотный мобильник, соединили шнурком с ноутбуком, и уже через несколько секунд на экране высветился родной сайт Корчмы.

Кузя иронически вскинула бровь, мол, хитрая Жаба всегда старается увильнуть от работы, сейчас заявит, что в Интернет забрался не для развлекухи, это тоже работа, творческий человек работает всегда, даже когда шарит по порносайтам.

– Да-да, – ответил я сварливо, – творческий человек работает всегда! Даже на порносайте. Надо же знать тенденции…

Между Профсоюзной и Ленинским на скорости в сто двадцать километров получил почту, пришло шестьдесят восемь писем, до Садового успел ответить на четыре, остальные побросал в корзину, только два отправил в «Задачи»: одно сообщало о начале продажи земельных участков в Куркино, другое – о выпуске мультиформатных DVD-рекордеров. Когда проскакивали под мостом у Москвы-реки, позвонил Хрюське в Швейцарию и разговаривал, пока ехали в сторону ЦДЛ. Попался очень красивый вид, опустил стекло и торопливо щелкнул затвором, тут же отправил ей снимок: смотри какие теперь здания, а ты все о коровках да швейцарском сыре…

Из мобильника донесся ее голос:

– Да, шикарное здание… Кто строит?

Я оглянулся на удаляющееся здание.

– Не поверишь, турки.

– Не поверю, – согласилась она.

Я быстро зумил и сделал еще снимок, стараясь покрупнее захватить надпись, где сообщалось название строительной фирмы, тут же перебросил на комп Хрюськи. В мобильнике после недолгой паузы раздался ее изумленный голос:

– Получила, немного расплывчато, но… ух ты, в самом деле турки. Вот уже и они научились строить, только наши все еще нефть продают.

– Ты уже не наша, – напомнил я. – Вышла замуж за швейцара – продала родину!

– Не за швейцара, а за швейцарина!

– Все равно. Нет на вас товарища Сталина.

И уже когда отключились, подумал смятенно, что ничего не видим дивного в этом мире, когда из автомобиля звоню в другую страну, на ходу фотографирую и тут же перебрасываю снимки через любые границы, а при разговоре можем видеть друг друга через вэбкамеры. А это еще не самый пик прогресса: ведь я по старинке соединяю мобильник с ноутбуком шнурком, а мог бы через беспроводное, как вот дома с помощью Blue Tooth все компы, а также телевизор, DVD-recorder и прочая электроника соединены невидимыми проводами.

Включаю жвачник, на весь экран – рука со стреляющим пистолетом. Понятно, штатовский, переключаю дальше: под визг тормозов мчится авто, из окна высовывается рука со стреляющим пистолетом. И это штатовский, ясно. А вот на следующем канале святочная картинка с умытыми чистенькими детьми и улыбающимися родителями… тоже штатовский. Щелкаю пультиком дальше, вот в грязной загаженной квартире за колченогим столом сидят два небритых грязных мужика с опухшими рожами и, роняя слюни в пустые стаканы, жалуются на жизнь… Все ясно, это отечественный.