Велена подошла к нему, села рядом и обняла за плечи. Середин вздохнул: если бы она его так обняла, он бы простил что угодно.

— Мой брат не виноват… Постой, — приложила она ладонь к губам Невзора, предупреждая возражения. — В том, что стало с тобой, он не виноват. Ты рожден воином, ты изначально был посвящен, еще до рождения, и Верша только м-м… ускорил твое обращение в настоящий облик.

— Так кто же я? — хрипло спросил Невзор, и в глазах его отразилась такая мука, что Середин понял: кем бы тот ни стал — бессмертным воином, полубогом, богом, — он не захочет уйти от людей, от своей любви, пусть даже это принесет ему беду.

— Ты из свиты Велеса, ты волк-воин. Ты должен сопровождать души павших к воротам Нави, где их ждет Велес. Ты волен брать или оставлять жизнь, но теперь ты не определяешь свою судьбу, твоей жизнью и смертью правят боги.

— А Малуша?

— Мы поможем ей вернуться в прежний облик. Я расскажу тебе, как это сделать, если ты дашь слово простить Вершу.

Невзор сгорбился на лавке, закрыв руками лицо.

Потрескивала лучина, скреблась мышь под досками пола. Шум дождя за окном стих, только капли, шлепавшиеся с покатой крыши в лужи, напоминали о недавнем ливне.

В дверь избы постучали. Робко, чуть касаясь дерева костяшками пальцев. Велена поднялась с лавки и прошла в сени. Середин отправился за ней. Воздух после грозы был свеж, напоен влагой и ароматами трав. В просветах облаков виднелись звезды, месяц, вполне нормального цвета, повис над лесом.

У дверей стоял насквозь промокший мужик и, хлюпая мокрыми лаптями, переминался с ноги на ногу. С бороды у него текла вода — хоть выжимай, мокрая рубаха обвисла до колен. Мужик шмыгал носом и смущенно покашливал.

— Чего тебе? — спросила Велена.

— Я эта… того… люди прислали. — Он покосился на Олега, завернутого в овчину. — Мы завтра поутру хотели с бредешком пошастать по дальнему озеру, — мужик махнул рукой куда-то в сторону, — поспособствуй, коли не жалко, а мы тебе рыбки ужо, а?

— Принесите сеть — посмотрю. Молодняк ловить не позволю, сеть с большими дырками чтобы была, понял?

— Понял, понял, — закивал проситель. — А когда принести?

— Вот завтра с утра и несите. До того, как ловить.

— Ага, ага. — Мужик поклонился и бодренько потрусил к лесу, приговаривая: — И сеть принесем ужо, и рыбки, ага.

— Уважают, — заметил Середин.

— Один раз не спросились — мужик утонул. С тех пор всегда заходят. Пойдем-ка, посмотрим, что там Невзор.

В сенях резко пахло промокшей кожей, дверь в избу была приоткрыта. Невзор, полностью одетый, стоял возле стола. Хмуро взглянув на вошедших, он нехотя буркнул:

— Даю слово, что брата твоего не трону, ежели скажет, как Малуше помочь.

— Ты садись — в ногах правды нет. — Велена присела, похлопала ладонью по скамье рядом с собой. — Под Черниговом, на Десне, на правом берегу, стоит деревня. Два-три перехода от Чернигова. Узнаешь сразу: рядом два больших холма, еще с древних времен остались. Верша знает это место — мы там когда-то останавливались, дом наш там остался, если не заняли. Стараниями брата нас и оттуда попросили. Хорошо хоть в топоры не взяли. Если он там, то не в истинном облике. Найдешь Вершу — спроси у него пояс из тех, что он постоянно носит, пусть завяжет на поясе три узла. Этим поясом опояшешь свою девку, скажешь…

— Она не девка.

— Тебе виднее, — усмехнулась Велена. — Скажешь… — Она наклонилась и зашептала что-то Невзору на ухо. — Запомнил?

Невзор пошевелил губами, запоминая наговор, кивнул.

— Ты чего оделся, или уже в дорогу собрался?

— Душно мне в избе, — сказал Невзор, — на дворе я буду.

— Как хочешь, — пожала плечами Велена. — Утром мужики придут. Смотри, не напугай.

— Ладно. — Дружинник повернулся к Олегу: — Видишь, друг, не всякому горю помочь можно. Спасибо, что попытался.

— Не за что. Найдем Вершу — выручим твою зазнобу, заживете, как… — Олег осекся, виновато замолчал.

— Спасибо, — криво усмехнулся Невзор, кивнул и вышел.

Хлопнула дверь в сенях. Велена тяжело вздохнула. Было видно, что она изрядно устала: лицо осунулось, взгляд стал пустым. Плечи поникли, руки безвольно лежали на коленях, словно крылья выбившейся из сил птицы. Олег понял, что, несмотря на внешнюю независимость, ей не хватает в жизни опоры. Ему захотелось обнять девушку, чтобы она прислонилась головой к его груди, прошептать ей на ушко ласковые слова, ощутить теплоту ее молодого тела, поделиться с ней своей силой. А потом взять на руки, отнести в постель…