Отречься, он спросил? ОТРЕЧЬСЯ?! Да я сейчас на что угодно готов, лишь бы избавиться от этого ужаса!! НА ВСЕ!!! ВООБЩЕ!!!

– ДА БУДЕТ ТАК, - неожиданно возвестил из пустоты громовой голос, разом оборвав мой измученный смех.
– ТЫ СДЕЛАЛ ВЫБОР. ТЫ СВОБОДЕН.

В тот же миг меня охватило яростное пламя. В тот же миг подо мной проломились надежные плиты. Безумная боль снова вгрызлась в тело, а слепяще белый свет, на этот раз беспрепятственно прошедший его насквозь, теперь беспощадно жег изнутри, жадно грыз, как дорвавшийся до сухой деревяшки огонь. Глодал меня диким зверем. Бесконечно долго и глубоко. С такой неистовой силой, что я сам не заметил, как из горла вырвался страшный крик, и не ощутил, что уже не стою перед ликами Высших, а лечу куда-то вниз. С такой скоростью, что ее не могут замедлить даже Нижние Небеса. И сама Земная Тверь, которая предательски проломилась подо мной и вспышкой новой безумной боли проводила до самого дна. Туда, где только мрак. Где холод. Равнодушие. И где неистовая боль стала еще сильнее, постепенно разъедая мою плоть, неутомимо вгрызаясь в мою ошеломленную душу. Заставляя поверить в невероятное. Вынуждая принять эту страшную правду. Не давая времени по-настоящему растеряться. Выжигая прошлое едкой кислотой и бесконечно долго убивая все то, чем я когда-то был.

Не знаю, сколько я падал и когда именно остановился. Не помню последнего страшного удара о камень, после которого я на какое-то время просто перестал быть. Не уверен, что то, что осталось после меня, было все-таки живо. Помню лишь страшную боль, изломавшую мое некогда совершенное тело. Чужой неподвижный взгляд, видящий меня насквозь. И рокочущий голос из темноты, перед которым так и хотелось упасть на колени.

– ВОТ ТАК ПОДАРОК СДЕЛАЛО МНЕ НЕБО... НИКАК, ОПЯТЬ КОГО-ТО НИЗВЕРГЛИ? ИНТЕРЕСНО, ЗА ЧТО НА ЭТОТ РАЗ?

С трудом приоткрыв горящие веки, я смог разглядеть только бесформенное нечто, склонившую надо мной увенчанную рогами голову, и жутковатые глаза, сотканные, казалось, из самой Ночи. Странные, мудрые, бесконечно печальные глаза, в которых на один единственный миг промелькнуло слабое сочувствие.

– Помоги...
– в каком-то бреду прошептали мои губы.

А потом Тьма сомкнулась со всех сторон, и безжалостный Свет перестал, наконец, мучить мою разорванную надвое душу...

– Гайдэ?
– кто-то осторожно тронул меня за плечо.
– Гайдэ, пора. Народ уже собирается.

Я с трудом открыла глаза и, еще не до конца придя в себя, с непониманием уставилась на Рига, тревожно заглядывающего в мое лицо. Черт... неужто опять уснула? Да, похоже. Голова, как чугунная, веки просто каменные - так и норовят закрыться. Да еще сон этот дурацкий...

Припомнив эту белиберду, я невольно вздрогнула и резко села. А потом растерянно уставилась на притулившегося у меня под боком Лина. О боже... да нет, не может быть... но могла ли я... и мог ли он...?!

Я провела рукой по лицу, мельком отметив отсутствие маски. Но этим фактом не слишком озаботилась - у меня почему-то пальцы дрожали, как у запойного пьяницы, а в теле поселилась такая слабость, что хоть не вставай вовсе. Голова, правда, не кружилась, но состояние все равно не ахти. Это ж надо - даже не услышала, как Риг вернулся, и не среагировала до тех пор, пока он откровенно не растолкал.

Блин. Что за фокусы?!

Растерянно проведя рукой по коротким, спутавшимся за время недолгого сна волосам, я с некоторым трудом вспомнила, где, собственно, нахожусь и зачем вообще сюда явилась. Потом снова посмотрела на Лина, но быстро убедилась, что он по-прежнему крепко спит, и задумчиво коснулась рукой его загривка.

А в самом деле... мог ли он случайно поделиться своими воспоминаниями? Был ли то просто сон или я действительно видела его прошлое? То самое, которое он когда-то надежно забыл, но которое я так опрометчиво велела ему вспомнить? Если так, то тогда я знаю, за что он был наказан в самый первый раз. И за что именно низвергнут. Однако это знание, надо сказать, не прибавило во мне ни опасений перед моим маленьким другом, ни, тем более, уважения или благоговения перед Алларом.

Ладно. Потом с этим разберусь. А то Риг уже смотрит с тревогой, явно полагая, что у меня не все дома.

– Сейчас, - вздохнула я, устало тряхнув головой.
– Немного приду в себя и пойдем. Ты-то как?

– Терпимо. По крайней мере, лучше, чем три оборота назад, - мастер Драмт подвинулся, давая мне возможность встать, а затем присел на топчан сам, пристально следя за тем, как я умываюсь из стоящей в углу бочки, куда чья-то добрая душа успела набрать холодную воду.
– Там уже обещанные Фаэсом маги на подходе. Я зашел тебя предупредить.

Кто? Фаэс? Какие еще маги?

Ах да... нам же еще второй пространственный коридор строить...

– Спасибо, Риг.

Краем уха я услышала, как в это же самое время в палатку зашли новые гости, но не обеспокоилась - голоса братьев узнаю из тысячи. Перед ними мне нечего стесняться. Ни лица, ни безобразно коротких волос, ни даже голого тела. Поэтому оборачиваться я не стала. Только кивнула, когда Бер громко присвистнул, а сама щедро плеснула в лицо водой и торопливо пригладила топорщащиеся во все стороны лохмы.

– Ас, пусть маги пока за дверью потопчутся, - мигом сообразил Ван, увидев меня неподготовленной к приему гостей.