— А я знаю только то, что не хочу быть с ней… даже видеть ее… Она навязала мне своего ублюдка. Самое худшее, что она могла сделать.

— Взгляните на все происшедшее ее глазами. Вам ведь должны быть хорошо понятны внезапные порывы души. Почему все считают, что мужчина имеет полное право поддаваться им, а вот для женщины это страшный грех?

— Потому что женские порывы подчас имеют весьма нежелательные последствия.

— Иногда мужчинам тоже приходится страдать от последствий.

— Что я и делаю.

— О да! Вы послали Николь на разведку, а затем, узнав, что я жду ребенка, разработали свой хитроумный план…

— Вот видишь, мне было не все равно. Я позаботился о том, чтобы у тебя не было недостатка в заказчиках, чтобы ты была в хороших руках… Делал все, что было в моих силах.

— Если не считать того, чего вы изначально не должны были делать.

— Ты мне когда-нибудь это простишь?

— Нет, — ответила я.

— Однако тебе все равно придется быть со мной, иначе кому еще ты будешь демонстрировать свое благородное негодование?

— Я знаю, что кажусь неблагодарной, но, учитывая все обстоятельства, вы должны меня понять. Если бы не малыш, меня бы здесь, конечно же, не было.

— Ты всегда ссылаешься на малыша.

— Если бы не малыш, я бы вам не была нужна.

— А вот тут ты ошибаешься. Даже если бы у тебя не было ребенка… Кейт, будь благоразумна. Ты ведь знаешь, что я хочу тебя… тебя одну. Ты мне нужна больше, чем ребенок. Мы могли бы родить и других детей, таких же чудесных, как Кендал. Ты что-то со мной сделала…

— Я рада, что вас настигло возмездие.

— Моя жизнь обретает смысл, только когда я рядом с тобой.

— Я полагала, что жизнь такого великого человека, как вы… величайшего деятеля в истории человечества, всегда наполнена каким-то особым смыслом.

— Тебе нравится обличать меня. Что ж, я не против… Но знай: когда ты рядом, моя жизнь становится совсем иной. Ты нужна мне… и сын тоже. Я молю Бога о том, чтобы она однажды легла спать и не проснулась. Тогда мы смогли бы пожениться, Кейт. Тогда я смог бы уговорить тебя.

— Не смейте произносить подобные вещи… в моем присутствии! — воскликнула я. — Никогда! Другие люди тоже имеют право на жизнь, знаете ли. Они приходят в этот мир не только для того, чтобы обеспечивать ваши потребности. Вы ведь использовали меня в качестве орудия мести… низкой и мелочной мести. Вы хотели использовать принцессу для того, чтобы в жилах ваших детей текла кровь французских королей. Когда-то это казалось вам очень важным обстоятельством. Теперь уже не кажется. Теперь Франция республика, так что нужно избавиться от принцессы. Потрясающая логика!

— Я не говорил, что собираюсь избавиться от нее. Просто я ее не люблю. И никогда не любил. Она меня раздражает, и мне противно находиться рядом с ней. Да, я хотел бы, чтобы она умерла во сне… Вечно жалуется на слабое здоровье. Непохоже, чтобы жизнь доставляла ей хоть какое-то удовольствие, так что почему бы ей не расстаться с этой постылой жизнью и не убраться с моей дороги? По крайней мере, я честен. Сомневаюсь, что я первый в истории человечества муж, который не любит свою жену и хочет, чтобы она тихо ушла из его жизни. Только не все отваживаются произнести вслух подобное пожелание. Другие варианты? Поскольку она католичка, да к тому же еще и королевских кровей, для расторжения брака потребуется разрешение папы, да и она ни за что на это не пойдет, по крайней мере, добровольно. Потому вполне естественно, что я страстно мечтаю о ее тихой и безболезненной кончине. Видишь, я честен с тобой.

— Мне не нравятся подобные разговоры.

Он взял мою руку и поцеловал. Я продолжала:

— Похоже, вы всегда получаете то, что хотите.

— Да, Кейт, именно так. И когда-нибудь я получу тебя и малыша… и других детей, которые у нас родятся. Мы созданы друг для друга. Твой характер… твоя независимость… твои очаровательные темно-рыжие волосы… Я думаю о них постоянно. И не успокоюсь, пока мы не будем вместе… как в те ночи, что мы провели с тобой… Запомни, мы снова будем вместе. Не искушай меня, Кейт.

— Из всего сказанного я сделала вывод, что нужно как можно скорее покинуть ваш гостеприимный замок, — проговорила я.

— Ты будешь в Хижине, совсем рядом.

— Вы ставите меня в невероятно сложное положение. Я не знаю, чего ожидать. Знаю только то, что должна уехать… причем немедленно.

— И забрать малыша? Каким еще испытаниям ты собираешься его подвергнуть? Ему требуется забота. И покой. Жизнь, которую он вел в Париже, не могла не повлиять на детскую психику. Я не позволю увезти его отсюда.