В заведенном на кухне порядке произошли какие-то неуловимые изменения. Бруно почувствовал это. Он совершенно не задумывался о том, что был любимцем Алена, но теперь понял, что просто привык к этому. Расположение Алена вспыхивало и затухало быстро, как горелка на плите, и большинство молодых поваров отчаянно соревновались за его благосклонность. Был лишь один человек, работа которого Алену нравилась всегда: Хуго Касс, недавно принятый на работу повар по мясным блюдам. Симпатичный молодой француз с гладкими темными волосами, Хуго, прежде чем попасть в «Темпли», работал во Франции у Дюкассе, а в Италии у Бека. Ему было всего лишь двадцать два года, но о нем уже говорили как о будущем лауреате конкурса Мишле. Ален обращался к Хуго как к равному, а в тот день даже поинтересовался его мнением насчет маринада, причем сам поднес ему ложку для пробы.

Бруно стоял слишком далеко, чтобы расслышать ответ Хуго, но видел, как Ален согласно кивнул.

Бруно видел, как старательно работает молодой француз, чтобы завоевать расположение Алена. Как новенький, он имел право задавать шефу вопросы по поводу тех блюд, которые готовил, но не комментировать работу других, как он себе позволял.

— Эй, Бруно, как дела? — Это был Томмазо, закончивший смену.

— Чудовищно, — пробормотал Бруно. Томмазо проследил за его взглядом и увидел, как Хуго Касс восторженно пробует одно из блюд, приготовленных самим маэстро.

— Он уже превратился в задницу шефа. Поразительно, что он еще пробует что-то, кроме дерьма, — прокомментировал Томмазо. Бруно засмеялся. Как бы плохи ни были дела, он всегда мог рассчитывать на комментарий своего друга — разумеется, в римском духе.

Лаура сидела на семинаре доктора Феллоуза и мурлыкала что-то себе под нос, делая записи о torsione и contraposto. К доске была прикреплена большая репродукция рисунка Микеланджело с изображением обнаженного мужчины. Его изящные ягодицы мелькали возле лица доктора Феллоуза, когда il dottore в очередной раз проходил мимо доски и четкими ясными фразами вещал о благородных идеалах, представленных у него за спиной.

Лаура зарисовала в блокнот голые ягодицы. Ее мурлыканье становилось все громче, и в конце концов соседи начали тайком пихать ее локтями.

Тишина в ресторане внезапно была нарушена жутким грохотом. На кухне все аж подпрыгнули. Из зала раздались крики. Потом распахнулись двери, и один из официантов, ворвавшись на кухню, позвал:

— Идите скорее!

Кухня опустела, все побежали смотреть, что случилось. Оказалось, что один из работников, доставляющих в ресторан продукты, нес через фойе коробку со свежими угрями и внезапно у ящика порвалось дно. Дюжина угрей, как серебряные молнии, извивались теперь на ворсистом ковре, тщетно пытаясь обрести свободу.

Метрдотель Франциско, щелкнув пальцами, принялся отдавать распоряжения:

— Питер, Стефани, отведите посетителей в бар. Остальные — разберитесь с этим.

Проще было приказать, чем сделать. Угри были мелкие, шустрые и целеустремленные. Работникам ресторана пришлось ползать по ковру, пытаясь их поймать. Время от времени раздавался чей-то победный крик, быстро сменявшийся руганью, потому что пойманный угорь снова выскальзывал из рук охотника. Посетителей проводили в бар и угостили бесплатным шампанским «Дом Периньон», но очень скоро те стали возвращаться в зал с бокалами в руках. Они давали советы, радовались поимке угрей и сокрушались, когда очередной угорь выскальзывал из рук. Через пять минут охоты только два угря опять оказались в коробке. Вскоре поймали еще пятерых. Уставшие сотрудники устроили перерыв.

Томмазо толкнул Бруно локтем.

— Слушай, а куда подевался тот, кто привез угрей? — тихо спросил он.

Бруно огляделся по сторонам. Действительно, виновник суматохи исчез.

— И почему он не принес их через дверь кухни? — продолжил Томмазо, — Все наши поставщики знают про кухонный вход. Тут что-то не так.

— Вы двое, — бросил им Франциско, — поговорите позже, когда поймаете всех.

Томмазо послушно отправился ловить угря, нашедшего себе убежище под столом. Пришлось тоже заползти под стол, но угорь успел ретироваться под стул.

Вскоре подействовало бесплатное шампанское: клиенты приняли сторону беглецов. Каждый раз, когда угрю удавалось вырваться из рук охотника, посетители начинали шутливо аплодировать. Ален наблюдал за всем этим, стоя в стороне. Лицо его было мрачнее тучи.

Выход из тупика нашел Хуго. Он сходил на кухню и вернулся с двумя огромными ножами, по одному в каждой руке. Ножи были стальные, длинные, как сосульки, и очень острые на конце. Хуго подошел к одному из угрей и, вместо того чтобы ловить его, просто проткнул его острием ножа возле головы, насадив на стальное лезвие.

Зрители молчали. Не снимая извивающегося угря, Хуго продолжил свою охоту. Последовал второй удар тем же ножом, и теперь на окровавленном лезвии извивались уже два угря. Третий пытался спастись бегством. Бесстрастный Хуго сделал несколько шагов, присел на корточки и наколол угря на второй нож. Потом повернулся к следующему нарушителю спокойствия, и секундой позже четвертый, и последний, угорь тоже болтался на ноже. Ни слова не говоря, Хуго скрылся в кухне. Из-за закрывшейся двери раздался лязг металла о металл, а потом все услышали, как кусочки угрей шлепаются на пол.