— Я была в залах учености… — начинаю я, понимая, что Джуду требуется нечто более определенное, чем оптимистичные заверения. — И там… Ну, скажем так: мне дали кое-какие советы. Весьма полезные

Поправляю сумочку на плече, плотно сжав губы.

Джуд машинально обводит пальцем символ инь-ян на своей футболке.

— Эвер, я не уверен, что тебе следует снова идти этим путем. Если помнишь, в прошлый раз, когда ты решила встретиться с Романом лицом к лицу, ничего хорошего не вышло. По-моему, рано еще повторять подобные эксперименты. Подожди хоть немного.

Его слова совсем на меня не действуют. Судя по выражению лица, Джуд еще больше встревожился.

— Учту, — говорю я, заправляя прядь волос за ухо. — Только это ничего не изменит. Я все равно сделаю то, что задумала. Так сказать, последняя попытка.

— Что, сейчас? Ты серьезно?

Он смотрит на меня в упор — брови сошлись на переносице, взгляд такой, что становится не по себе.

Расправив плечи, скрещиваю руки на груди и заставляю себя не отводить глаза.

— А что? Побежишь за мной и попробуешь остановить?

— Может, и побегу. Если нужно будет, я все что угодно сделаю.

— Что значит — если нужно? Для чего нужно?

— Для твоей безопасности. Чтобы защитить тебя от него.

Перевожу дух и разглядываю Джуда очень внимательно, от золотистых дредов до пояса — дальше прилавок заслоняет. Закончив осмотр, возвращаюсь к его глазам.

— А в чем дело, собственно? Почему ты не даешь мне поступить так, как я считаю необходимым? Ты же говорил, что хочешь моего счастья, хотя бы и с Дейменом.

Джуд мнется, ерзает на стуле. Ему явно ужасно неловко. Мне становится стыдно за свои слова. Похоже, я хватила через край. Если мы однажды разоткровенничались — может быть, даже сказали друг другу больше, чем нужно, — это еще не дает мне права давить на него, требуя ответов на вопросы, которые, очевидно, причиняют боль. И все-таки что-то меня беспокоит. Какое-то смещение в его энергетике…

Отворачиваюсь и иду к двери. Он вслед за мной выходит в переулок, где мы ставим свои машины.

— Ко мне скоро придет Хонор. Хочешь тоже зайти? Можешь привести Деймена, я не против.

Останавливаюсь и пристально смотрю на него.

— То есть я, конечно, против, но виду не подам. Честное скаутское!

Джуд вскидывает в салюте правую руку.

— Значит, ты теперь встречаешься с Хонор? — спрашиваю я, глядя, как он влезает в свой старый черный джип.

— Ага. С твоей школьной подружкой — помнишь, она еще приходила к тебе на день рождения?

Хочу ему в сотый раз объяснить, что я с ней не дружу, а она со мной и подавно, судя по моим впечатлениям тогда на пляже… Но заметив веселые морщинки у его глаз, предпочитаю придержать язык.

— Знаешь, а она неплохая. — Джуд поворачивает ключ в замке зажигания, мотор начинает чихать и фыркать. — Может, дашь ей шанс?

Вдруг вспоминается, как в самую первую нашу встречу, еще ничего не зная о нас, я ему сказала, что он постоянно влюбляется не в тех, в кого стоило бы. Уж не случилось ли такое опять? Но тут я замечаю, как он старательно отводит глаза, как искрит и вспыхивает его аура, и понимаю, что та, в кого не стоило бы влюбляться, — по-прежнему я. О Хонор даже речь не идет. Сама не знаю, что пугает меня сильнее: сама эта мысль или внезапное облегчение, которое она приносит.

— Эвер…

Под его взглядом у меня перехватывает дыхание. На лице Джуда отражается внутренняя борьба. Видно, что ему трудно говорить, однако в конце концов он делает глубокий вдох и произносит:

— У тебя все будет в порядке? Ты точно знаешь, что делаешь?

Я киваю и усаживаюсь в машину, чувствуя себя сильной и уверенной, как никогда. Свет рассеял тьму. У меня обязательно все получится! Завожу мотор и еще раз оглядываюсь на Джуда.

— Не волнуйся! На этот раз все будет по-другому. Вот увидишь.

В доме у Романа тихо.

Как я и надеялась.

И как рассчитывала.

Когда Хейвен сказала, что идет на концерт с Мисой, Марко и Рейфом, я поняла, что это идеальная возможность застать Романа одного, чтобы никто нам не мешал поговорить спокойно и благоразумно.

Стоя на пороге, на миг закрываю глаза. Заглядываю в глубь себя и не нахожу ни малейшего следа монстра. Очевидно, отпустив свою ненависть к Роману, я перекрыла темному пламени доступ кислорода, и оно погасло.