Шрифт:
– Какой? – На этот раз ювелир взглянул на нее.
– Ну, тот, чей бюст украшен этими... пентаклями!
– Как, вы не знаете? – ювелир был заметно удивлен.
– Ну да, не знаю! – с непонятным раздражением ответила Вероника.
Она сама не понимала, отчего так разозлилась на это вполне невинное замечание. Но почти сразу поняла, что злится на ювелира из-за того, что тот держит в руках табакерку, ее табакерку.
Тьфу, глупость какая! Нужно лучше владеть собой.
– Ну да, не знаю, – повторила она мягче.
– Удивительно! – проговорил ювелир как бы самому себе. – Впрочем, чему я удивляюсь... такое время... Это Максимилиан Робеспьер, один из вождей Великой французской революции. В нашем городе его именем названа набережная. Этот бюст мне принес один из клиентов, нужно было отчистить его от патины и отреставрировать основание...
– Робеспьер-р! – неожиданно выкрикнул попугай. – Р-революция! Р-равенство! Бр-ратство!
– Максимилиан Робеспьер? – переспросила Вероника. – М. R...
– Вот вы о чем подумали? – ювелир взглянул на буквы, украшающие крышку табакерки. – Ну, не знаю... маловероятно, что эта табакерка принадлежала самому Робеспьеру, хотя чем черт не шутит! Кстати, обратите внимание – одна из этих букв поворачивается.
– Как поворачивается? – удивленно переспросила Вероника.
– А вот так, – ювелир пинцетом захватил латинскую букву «M» на крышке, повернул ее по часовой стрелке. Раздался негромкий щелчок, и буква повернулась, превратившись в «W».
– Так что это еще вопрос, как правильно читать эти инициалы – «MR» или «WR». Во втором случае Робеспьер явно ни при чем. Кстати, ваша табакерка готова!
Вероника едва удержалась, чтобы не вырвать вещицу из рук ювелира.
Отчистил он ее замечательно – табакерка выглядела теперь даже лучше, чем в антикварном магазине. Она приобрела благородный мягкий блеск старинного серебра, подчеркнутый чернеными деталями рельефа.
– Большое вам спасибо... – начала Вероника, но тут на столе у ювелира зазвонил телефон – тоже старый, из черного эбонита.
Мастер поднес трубку к уху.
– А, это вы! – проговорил он приветливо. – Да, ваш Робеспьер уже готов... да, готов... К сожалению, полностью восстановить орнамент не удалось, один пентакль утрачен. А остальное в порядке. Можете его забрать. Сегодня? Очень хорошо!
Он положил трубку и вновь взглянул на Веронику.
– Большое вам спасибо! – с признательностью повторила девушка. – Сколько я вам должна?
– Ничего! – отмахнулся ювелир. – Времени у меня ушло немного, и мне было только приятно прикасаться к такой красивой вещи. И поболтать с такой красивой женщиной, – галантно добавил он.
Его слова опять вызвали у Вероники какое-то странное раздражение. Нарочно хочет усыпить ее бдительность комплиментами! Чтобы не давать воли раздражению, она поскорее забрала табакерку и покинула мастерскую ювелира.
– До скор-рой встр-речи! – крикнул ей вслед попугай.
На этот раз она поехала прямо домой.
Войдя в квартиру, прежде чем переодеться, прежде чем приготовить себе ужин, она достала из сумочки табакерку. Ей не терпелось увидеть ее, не терпелось прикоснуться к серебристой поверхности. Как хорошо, что никого нет дома!
Табакерка показалась ей теплой, словно бы живой. Вероника как будто почувствовала прикосновение дружеской руки. И этот неясный мягкий блеск...
Что же с ней такое происходит? Почему с каждым днем, да что там – с каждым часом ее связь с этим неодушевленным предметом становится все прочнее, все значимее?
Надо же – она ревновала к табакерке этого милого старичка ювелира!
Кстати, что он там говорил о поворачивающейся букве?
Вероника нашла свой пинцет – тот, которым выщипывала брови, – и осторожно повернула букву «М» на крышке табакерки.
Раздался щелчок, вместо «М» это теперь была буква «W».
Но это было не все: еще кое-что изменилось.
Крышка табакерки теперь не открывалась.
Выходит, эта буква – потайной замок, запирающий табакерку? Но ей это ничего не дает, ведь она и так знает, что там, внутри, ничего не было...
Вероника снова повертела табакерку в руках... и вдруг заметила, что ее нижняя стенка неплотно прилегает к боковым. Между ними возник едва заметный зазор.
Вероника вставила в этот зазор кончик пинцета, слегка нажала – и нижняя стенка, или дно табакерки, откинулась, как крышка.
Вероника вспомнила, как в детстве ей показывали фокусы: в картонную коробку положили красный платок, закрыли, снова открыли – но вместо платка там была ее кукла Даша.
Потом ей объяснили, в чем была хитрость: у коробки были двойные стенки, и когда ее открыли во второй раз – это была как бы другая, секретная коробка...