— Ну да, почти уверен.

— Дэвид, ты можешь вести машину?

— Наверное.

— Уже хорошо. Вот что я хочу, чтобы ты сделал. Поезжай домой. Добавлю: аккуратно. Если ты в Лос-Анджелесе, то будешь дома максимум через час. Как только приедешь домой, пошли мне статью Макколла электронной почтой. Я как раз буду ехать в аэропорт Кеннеди, потому что лечу девятичасовым рейсом в Лос-Анджелес. Я смогу выйти в Интернет в аэропорту и прочитать статью, затем я смогу воспользоваться телефоном на борту, как только мы взлетим. Если все будет нормально, я приземлюсь в Лос-Анджелесе примерно в полдень и к двум буду в офисе. Тем временем я хочу, чтобы ты сделал одну вещь — поспал. У тебя есть что-нибудь, чтобы вырубиться?

— Думаю, где-то есть тиленол.

— Выпей три таблетки.

— Только не говори мне, что после сна все будет выглядеть значительно лучше. Потому что этого не будет.

— Я знаю. Но ты, по крайней мере, немного отдохнешь.

Я добрался до дома через сорок минут. Отправил текст Элисон. Пока я сидел за компьютером, открылась дверь и вошла Салли. На ней была только майка. Первое, что я подумал: как же она хороша. Затем в голову закралась другая мысль: не в последний ли раз я вижу ее в таком виде?

— Ты заставил меня волноваться, — сказала Салли.

Я продолжал таращиться на экран.

— Ты не мог бы мне объяснить, где ты был последние семь часов? — спросила она.

— Сначала в офисе, потом сидел за рулем.

— Где ты ездил?

— Бесцельно.

— Ты мог мне позвонить. Ты должен был мне позвонить.

— Извини.

— Так что случилось?

— Если я ездил полночи, ты можешь догадаться, что случилось.

— Тебя уволили?

— Да, меня уволили.

— Понятно, — сказала она тусклым голосом.

— Трейси тоже выгнали.

— За организацию эксклюзивного интервью с помощью бывшего любовника?

— Да, именно в этом заключалось ее преступление.

— Это бизнес.

— Спасибо за констатацию очевидного факта.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала, Дэвид?

— Я хочу, чтобы ты подошла, обняла меня и сказала, что любишь.

Долгое молчание. Наконец она произнесла:

— Я иду спать.

— Ты считаешь, что они правы, уволив меня?

— Полагаю, их можно понять.

— В самом деле — всего лишь за пару непреднамеренно заимствованных строчек?

— Они что-нибудь сказали насчет компенсации?

— Это область Элисон, а она сейчас в Нью-Йорке.

— Но она знает?

— Мы поговорили.

— И?..

— Она хочет, чтобы я поспал.

— По-моему, это хорошая мысль.

— Ты считаешь, что я в этом деле не прав, не так ли?

— Уже поздно, Дэвид…

— Ответь на вопрос, пожалуйста.

— Нельзя подождать до завтра?

— Нет. Сейчас.

— Ладно, я считаю, что ты кругом виноват. И да, я очень разочарована. Доволен?

Я встал и прошел мимо нее в спальню. Разделся, нашел тиленол в ванной комнате и проглотил четыре таблетки. Поставил будильник на час дня. Переключил телефон на автоответчик. Закрылся с головой и через минуту уснул.

Когда зазвонил будильник, я нашел записку на подушке рядом:

«Сегодня улетаю в Сиэтл. Вернусь через два дня. Салли».

Я еще раз перечитал записку. Такие обычно оставляют прислуге. Внезапно я почувствовал себя очень одиноким. И мне безумно захотелось увидеть свою дочь. Я взял в руки телефон. Он не издавал привычных звуков, извещающих о поступивших сообщениях. Но я все равно связался с системой голосовой связи. Механический голос сообщил мне то, что я и так знал: ничего нет.

Наверняка какая-то ошибка… Наверняка кто-то из моих коллег и друзей позвонил, чтобы выразить свою поддержку.

Но все они позвонили раньше, до повторного выпада Макколла. Теперь, когда этот мерзавец выдвинул обвинения в многочисленных случаях плагиата, я остался один.

Хотя я знал, что Кейтлин в школе, мне было достаточно услышать ее голос на автоответчике.

Но после второго звонка трубку сняла Люси.

— А… привет… — сказал я.

— Зачем ты звонишь днем, ты ведь знаешь, что Кейтлин в школе?

— Хотел только оставить ей послание, сказать, что скучаю.

— Теперь, когда с твоей карьерой покончено, внезапно соскучился по своей старой семье?