Шрифт:
Скрипка поднял ладонь и на секунду закрыл глаза.
— В нагрудном кармане у Константина лежит блокнот, — сказал он. — Можете взять его и… хм…
Сергей внезапно замолк и открыл глаза. Нахмурился, поводил ладонью перед собой. Катя тем временем достала из пиджака мужа вожделенный блокнот и едва ли не бросилась к столу, где сидели Лена и Скрипка.
— Вот тут, можно?
— Можно, — кивнул Скрипка, выводя размашистую подпись прямо на обложке. Наклонившись вперед, он тихо сказал на ухо Кате:
— Слушайте, сводите мужа к кардиологу. Что-то сердце у него совсем барахлит.
— Да? — округлила глаза Катя. — Вроде не было ничего такого никогда.
— И тем не менее, — со значением сощурился Сергей. — Сходите на днях, точно вам говорю.
— Ладно, — закивала Катя. — Обязательно. Спасибо. Я пойду?
— Да, конечно, — улыбнулся Скрипка. — Не задерживаем.
Катя встала, бережно спрятала блокнот в сумочку и только тут, кажется, заметила Баламута.
— Ой, Максичек, и ты тут! — встрепенулась она. Парня от ее слов перекосило, как от приступа зубной боли, и Краснов рассмеялся про себя. В молодости его тоже ужасно раздражали все эти уменьшительно-ласкательные имена, которые так любят изобретать старшие родственницы.
— Макс наш невиновен, Кать! — поделился с ней радостью Первухин. — Экстрасенсы четко сказали.
— Так а я всегда знала, — не удивилась жена. — Мне Маринка же сказала.
— Кто? — не понял Первухин. У Ярослава вдруг зазвенело в ушах и заколотилось сердце от какого-то беспокойного предчувствия.
— Да наша Маринка, — затараторила Катя. — Ну ты знаешь же, двоюродная моя, она тоже ведь в вашем телешоу участвовала, два сезона назад, я чего и подсела на них, только она далеко не ушла, это вот Сергей победитель, ну так вот, она же мне тоже сказала: «Не виноват ваш Макс, найдите вы ему хорошего защитника в суде», хоть все и не верили…
— Стоп! — сказал Краснов таким голосом, что Катя замолкла, а все в кабинете посмотрели на него.
В голове словно взорвалась граната. Странный, до боли реальный сон вспомнился со всей яркостью. Это была именно Та Самая. Та, про которую ему сказали «она нуждается в твоей помощи, Защитник». Краснов это знал, просто знал, без промежуточных звеньев в виде догадок. Какое-то совершенно новое чувство захватило целиком и не отпускало. Ее требовалось найти как можно скорее. Ее требовалось… защитить!
— Что такое, Ярослав Олегович? — настороженно спросила Лена.
— Эта… Марина, — сказал Краснов. — Мне ее надо как можно скорее найти. Ей грозит опасность. Как с ней связаться?
— Так телефон же у меня есть, сейчас-сейчас, — засуетилась Катя. — Вот! Набрать?
— Набирайте, — кивнул Краснов. Катя защелкала кнопками.
— Это как-то связано с нашим делом, Ярослав Олегович? — спросила Лена.
— Не знаю, — покачал головой Краснов. — Но спасать человека нужно немедленно.
— Телефон выключен или вне зоны действия, — упавшим голосом произнесла Катя. — Ой…
— Где она живет? — поднялся Краснов. — Я поеду.
— Может быть, каждому стоит заниматься своим делом? — неожиданно резко возразил Первухин. — Я отправлю наряд, если вы считаете, что ей грозит реальная опасность.
— Грозит, — согласился Краснов. — Только такая, от которой ее могу защитить один я.
Глава 7
Странно, ей не снилось сегодня снов. Вечером легла, утром встала — всё в одной липкой серой пелене, словно и не спала вовсе, и не бодрствовала. Наверное, стоило задуматься об отпуске, только не сильно бы он помог, это она знала наверняка. Съездить куда-нибудь…зачем? Познакомиться с кем-нибудь, с каким-нибудь мужчиной… и опять-таки, зачем?
Марина Лещинская потрясла головой. Нет, всё же надо просыпаться, а то эта липкая серость ее не отпустит. Как там доктор говорит? В любой ситуации есть что-то хорошее.
Чистя зубы в ванной, она честно пыталась найти это самое хорошее в своей ситуации. Ну… Ей не снилось сегодня снов, и это было уже неплохо. Во сне Коленька был живой и иногда даже взрослый, и даже Петя был рядом, но это реже — Петя всё же оказался совершенно чужим человеком, бросившим ее в самый паршивый момент в жизни. Но вот Коленька, которого она не видела ни разу в жизни, снился ей регулярно, живой и веселый — иногда младенцем, иногда подростком, несколько раз она даже видела его семью. Просыпаться после этого было настолько мучительно, что она порой всерьез подумывала о суициде. А чего, в клинике полно препаратов…