Мы сели в такси, где я ее поцеловал. Взял и поцеловал. Не в знак чего-то такого, а потому что просто захотелось. После этого Люсиль жалобно сказала:

— Представляешь, завтра мне опять на работу. А с тобой было так весело.

Я поблагодарил ее кивком головы, но вслух ничего не сказал.

— Может, завтра позавтракаем вместе?

— Мне с утра надо быть в банке, — сказал я.

— Тогда как насчет ленча?

— Ленч так ленч, — сказал я. — У «Готема».

— Харви Крим — великий мот и расточитель, — сонно проговорила Люсиль.

Я и сам засыпал на ходу. Но как только я вошел к себе, зазвонил телефон. Я снял трубку и услышал гнусавый голос Гомера Смедли.

— Наконец-то вы пожаловали домой, Харви. Я прочитал утром в газетах, что вы теперь национальный герой. Нам это приятно. Нам нравится, когда у нас работают герои. Но знаете, что нам понравилось бы еще больше?

— Восемьдесят пять тысяч долларов, я полагаю, — невозмутимо отозвался я.

— Молодец, Харви. Вы все понимаете.

— Получите утром. Все до цента и причем наличными, — пообещал я.

— Это как раз необязательно, Харви. Нас вполне устроит и чек.

— Получите чек, — согласился я.

— Вот и отлично. Спокойной ночи, Харви.

— Спокойной ночи, мистер Смедли.

Я повесил трубку и завалился спать.