– Может быть, но ничего лучшего предложить не могу. Правда, есть альтернатива – истребительная война, война, в которой мы должны перебить всех варваров, всех до единого, и только тогда вокруг нашего поселения воцарятся мир и покой.

В кают-компании повисла мертвая тишина. Все присутствующие слишком хорошо знали, что такое истребительная война, они уже участвовали в одной такой на Пирре.

– Нам не нужна истребительная война, – твердо заявил Керк. – Но твое предложение совершенно невыполнимо.

– Разве? Тогда советую вспомнить, что ваше появление здесь – результат изменения нравов и уничтожения табу вашего народа. Чем эти варвары лучше? Мы взорвем все изнутри, взяв на вооружение два древних принципа: «Разделяй и властвуй» и «Если не можешь одолеть врага, присоединяйся к нему».

– Может, ты объяснишь поподробней, что именно мы должны взорвать? – поинтересовался Рес.

– А разве я еще не сказал? – Язон порылся в памяти и понял, что действительно ничего об этом не говорил; голова все-таки работала не очень хорошо. – Тогда, с вашего позволения, я все сейчас объясню. Недавно, отнюдь не по собственному желанию, я познакомился с бытом и жизнью туземцев. Надо вам сказать, что это довольно жалкое зрелище. Кочевники делятся на племена и кланы и постоянно враждуют друг с другом. Иногда несколько племен объединяются против одного. Обычно это происходит под руководством вождя, достаточно хитрого, чтобы создать такой союз, и достаточно сильного, чтобы заставить его действовать. Вождя, объединившего племена для уничтожения лагеря «Джон компани», зовут Темучин. Я видел его и считаю, что он достоин титула верховного вождя. Воспользовавшись тем, что табу на оседлость и каменные дома самое сильное из всех, Темучин привлек на свою сторону многие племена. Он не стал распускать союз после победы, а с нашим появлением его позиции укрепились еще больше и объединение пошло быстрее. Для нас Темучин – основная помеха; пока он стоит во главе союза племен, о шахтах нечего и мечтать. Придется действовать хитростью, и в первую очередь надо ликвидировать сам повод для ведения священной войны, на которой держится их союз. В этом нет ничего сложного – мы просто улетим отсюда.

– У тебя нет жара? – осведомилась Мета.

– Спасибо за заботу, я здоров. Поясняю. Наша задача – убедить кочевников, что мы улетели. Для этого придется опять приземлиться на старом месте, что, естественно, вызовет новые нападения. Мы будем отбивать атаки, одновременно убеждая варваров через громкоговорители в мирном характере наших намерений. Мы нарасскажем им разных баек и посулим горы подарков. Они совсем осатанеют и будут атаковать еще яростнее. Тогда мы пригрозим, что улетим навсегда, если это безобразие не прекратится. Само собой разумеется, ничего не изменится и нам останется только выполнить свою угрозу, а потом найти укромное место в горах и тихо там сесть. Таково первое действие.

– Надо полагать, будет и второе, – заметил Керк без всякого энтузиазма. – Первое слишком похоже на отступление.

– Совершенно верно. Во втором действии мы находим изолированную горную долину, строим там деревню и переселяем в нее, естественно не спрашивая их согласия, несколько десятков кочевников. Они получают самые совершенные условия существования: горячую воду, единственный на планете теплый смывной туалет, хорошую пищу и медицинскую помощь. Разумеется, эти бедные варвары нас возненавидят и захотят удрать от всей этой цивилизации. Некоторое время спустя мы их отпустим. Но прежде воспользуемся их моропами, камачами и прочим варварским имуществом.

– Зачем? – удивилась Мета.

– Мы создадим собственное племя – вот зачем! Самое лучшее племя на всей равнине. Это племя будет рьяно защищать все табу и обычаи, а наш вождь, Керк Великий, без труда сбросит Темучина с трона. Я уверен, что вы сможете начать претворять этот план в жизнь еще до моего возвращения.

– Я не знал, что ты уходишь. – Керк был явно ошеломлен. – А куда ты собрался?

– Я становлюсь жонглером! – объявил Язон и подергал невидимые струны. – Бродячий трубадур и шпион будет сеять раздоры и готовить почву для вашего появления.

– Если ты засмеешься или просто улыбнешься, я сломаю тебе руку, – процедила Мета сквозь зубы.

Язон призвал на помощь все свое профессиональное умение сохранять невозмутимое выражение лица, поскольку хорошо знал, что слова Меты – не пустая угроза.

– У меня правило: никогда не смеяться над новым женским нарядом. В противном случае я погиб бы уже много планет назад. Ты сейчас выглядишь вполне пристойно.

– Да? А мне кажется, я похожа на облезлую кошку.

– Смотри, вот и Гриф, – оживился Язон, уходя от ответа. – Гриф, мальчик мой, заходи!

– Мне это не нравится, – сердито сказал Гриф. – Я не хочу выглядеть идиотом. Так никто не одевается.

– Здесь все так одеваются, – заявил Язон.

Он обращался к мальчику, но очень надеялся, что облаченная в живописные шкуры Мета тоже это усвоит.

– Там, куда мы отправляемся, обычная одежда. Мета одета по последней моде местных племен, а мы с тобой носим костюмы жонглера и его ученика. Скоро сам удивишься, как хороши наши наряды.

Пора было менять тему разговора, чтобы отвлечь их от этой злосчастной одежды. Тщательно осмотрев руки и лица пиррян, Язон достал из сумки маленькую коробочку.

– Загар отличный, ультрафиолетовые облучатели сделали свое дело. Теперь ваша кожа того же цвета, что и у туземцев. Но этого мало. Кочевники для защиты от холода и ветра густо смазывают открытые части тела… Э, погодите! – воскликнул он, увидев, что пирряне сжимают кулаки. – Я же не прошу вас мазать лицо протухшим жиром моропов, как это делают варвары. Вот чистая, нейтральная силиконовая мазь без запаха. Поверьте мне на слово, она нам очень пригодится.