Ночь была теплой. С деревьев, обрамлявших извилистый берег реки, доносилось уханье сыча. Напрасно пыталась Магдалена прогнать мрачные мысли о дьяволе и преисподней и переключиться на более приятные, пусть даже греховные мысли о мужчинах. В этом она не слишком преуспела. Перед ее мысленным взором неизбежно появлялся Рудольфо со своим пронзительным взглядом, который она не могла выдержать.

На востоке уже забрезжил рассвет, когда девушка в задумчивости добрела до лагеря артистов. Спать она уже не хотела, хотя в ее состоянии это было бы, наверное, самым правильным. Она стыдливо избегала Мельхиора, с которым по-прежнему жила в одном вагончике.

Магдалена продумала, как ей действовать дальше. У нее было предчувствие, что, несмотря на свой отказ, Рудольфо встретится следующей ночью с таинственным незнакомцем.

Чтобы побольше узнать о тайных связях канатоходца, она решила подкараулить его на развилке и тайком подслушать их разговор.

На следующий день, задолго до полуночи, Магдалена отправилась в путь. Охотничья вышка, названная незнакомцем, была окружена подлеском, отбрасывавшим в лунном свете робкие тени и дававшим ей надежное укрытие.

Вскоре она увидела приближавшийся с северной стороны свет фонаря, трепетавший в воздухе, подобно светлячку. По мере приближения огонек становился ярче и сильнее, пока наконец полностью не осветил дошедшего до условленного места встречи мужчину в черной накидке, с которым она столкнулась вчерашней ночью. Незнакомец забрался по лестнице на охотничью вышку, и Магдалене пришлось пригнуться, чтобы не попасть в поле его зрения.

Она застыла в неподвижности, что было непросто, но необходимо, ведь любой шорох в кустах, любой треск ветки немедленно выдали бы ее. Магдалена слышала тяжелое дыхание незнакомца. Сама она старалась дышать неглубоко, через открытый рот. «Как долго ты это выдержишь?» — мелькнуло у нее в голове.

Время тянулось бесконечно долго. Где же Рудольфо? Полночь давно миновала, и у Магдалены не было более страстного желания, чем глубоко продышаться и наполнить легкие лесным воздухом, но она боялась обнаружить себя. Не сводя глаз с незнакомца, она продолжала сидеть неподвижно. Видимо, она просчиталась, и у Рудольфо были другие планы. Интересно, сколько еще просидит чужак на своей вышке?

Магдалена вдруг приняла рискованное решение. Она поднялась, сделала несколько шагов вперед и тихо окликнула, словно только что пришла сюда:

— Есть здесь кто-нибудь?

Мужчина на вышке был явно ошарашен. Возможно, он задремал, а сейчас, в панике схватив фонарь, посветил вниз.

Обескураженный появлением женщины, он неторопливо спустился по лестнице, аккуратно переставляя одну ногу и подтягивая за ней другую. Оказавшись внизу, он сунул Магдалене под нос свой фонарь.

— Bac-то я здесь никак не ожидал, — проворчал он своим глухим, низким голосом. — Ведь вы же...

— Совершенно верно, — кивнула, не задумываясь, Магдалена, — мы встречались с вами вчера ночью у домика Рудольфо.

Ьойкое поведение девушки удивило незнакомца. На это она и рассчитывала, хотя не ожидала, что будет так просто смутить мужчину, перед которым сама испытывала страх. В последствии это еще сыграет свою роль в ее жизни.

— Тогда вы, стало быть, любовница Великого Рудольфо?

— Называйте как хотите.

— Извините, но в этом же нет ничего постыдного, если Великий Рудольфо оказывает знаки внимания женщине. Только почему он не пришел сам?

Незнакомец повесил фонарь на лестнице вышки и жестом пригласил ее присесть на землю. Сам он тоже сел, и у Магдалены впервые появилась возможность поближе разглядеть таинственного мужчину.

Словно настраиваясь на длительную беседу, он расстегнул застежку своей накидки и элегантным движением отбросил ее на траву. Одежда, представшая глазам Магдалены, позволяла сделать заключение о его знатности. Это существенно уменьшило замешательство, которое испытывала Магдалена при их первой встрече.

— Рудольфо не знает, что я здесь, — ответила она на его вопрос.

Мужчина удивленно посмотрел на нее, словно не веря ее словам, но потом произнес:

— Тем лучше. Тогда мы можем с вами поговорить совершенно беспристрастно. Может, вам удастся убедить Великого Рудольфо в чистоте моих помыслов. Он наверняка рассказал вам о них?

Магдалена никак не ожидала такого вопроса, и уверенность собеседника, что их беседа будет искренней и прямодушной, вселила в нее тревогу. В конце концов она пожала плечами и, смутившись, отвела взгляд.

— Я ведь даже не знаю вашего имени, — обиженно заметила она.

— Всему свое время. Гораздо важнее то, что я собираюсь поведать вам. Послушайте. Я с самого начала отношусь к поклонникам Великого Рудольфо. Но, опять же, с самого начала мне было ясно, что с его искусством восхождения по канату на самые высокие башни дело нечисто.