— Но вы ведь живы, дева. — Свинопас смотрел на нее с недоумением.

Магдалена рассмеялась:

— Я воспользовалась последними каплями эликсира, который был у Рудольфо, — чудодейственной жидкостью, преодолевающей законы природы, пять капель которой достаточно, чтобы почувствовать себя птицей на качающейся ветке.

— И вы в самом деле взошли на башню и не упали с каната?

— Вы когда-нибудь видели птицу, падающую с ветки, если только ее не пронзила стрела или пуля охотника? Надеюсь, я ответила на ваш вопрос?

Потрясенный Свинопас согласно кивнул.

— А что же это за эликсир? Я имею в виду, знаете ли вы его состав?

— К сожалению, нет, — вздохнула Магдалена, следя взглядом за волнами с матовым отливом, в густеющих сумерках накатывавших на берег. — Могу лишь предположить, что рецепт содержится в одной из девяти «Книг Премудрости».

— Но доподлинно это вам неизвестно!

— Да что вообще человек знает доподлинно, кроме того, что рано или поздно он умрет? — рассердилась Магдалена. — Главное в том, что Рудольфо признался мне, что он пользовался эликсиром. А затем в одной из бесед он открыл мне, что рецепт этого и других чудодейственных средств можно найти в «Книгах Премудрости». При этом речь идет вовсе не о волшебстве, а о научных открытиях, применение которых способно изменить все мироздание.

— Эта картина действительно завораживает, — задумчиво произнес Венделин и опустил руку в воду. Затем, проведя мокрой ладонью по лицу, добавил: — Если бы сбылись все наши сказочные мечты, если бы мы умели становиться невидимками, способны были проспать сто или тысячу лет и проснуться в другом времени, если бы наши повозки тащили за собой не лошади, а кобольд, который вместо овса и сена питался бы простым эликсиром, если бы мы, подобно Моисею в Ветхом Завете, могли сделать море сушею или, как Иисус Христос в Новом Завете, научились взлетать на небо, если бы можно было наполнять бутылки нашими словами, как ценным вином, а хоралы Генриха Исаака положить на тарелку, а потом, когда захочется, снова заставить звучать их, тогда...

— И что тогда? — перебила его Магдалена. — Что было бы тогда?

Венделин пожал плечами:

— Тогда ни вам, ни мне не надо было бы волноваться за свое будущее.

— Вы только о деньгах думаете!

— Не только о деньгах, дева Магдалена, хотя в моих размышлениях они играют не последнюю роль. А вы не задумывались, что ваше бегство от инквизиции доминиканцы расценили как признание вины? Это значит, что до конца своих дней вам придется вести подпольное существование, никто не должен узнать, что вы и есть та самая дева Магдалена, которую святая инквизиция приговорила к Божьему суду и которая спаслась бегством от обвинительного приговора.

Сидя в траве на корточках, Магдалена положила голову на колени, обвив их руками. В суете последних часов она совсем не думала об этом. Венделин, безусловно, прав. Бегство из монастыря Эбербах, конечно, спасло ее на первое время от худшего, но доминиканцы пустят в ход все средства, лишь бы выследить ее.

— Мне не пристало давать вам советы, — нарушил Свинопас затянувшееся молчание, — но есть только одиншанс выручить вас из этой гиблой ситуации.

Магдалена вскинула на него глаза.

— И какой же?

— Вы же сказали, что, приняв последние капли эликсира, сами взобрались на канат и с легкостью взошли на соборную башню.

— Сказала, и это истинная правда!

— Следовательно, вы могли бы повторить этот трюк и на глазах у публики пройти испытание Божьим судом, наложенное доминиканцами. Таким образом, ваша невиновность была бы доказана раз и навсегда.

— Вы забываете одну вещь, — вымученно улыбнулась Магдалена, — последние капли эликсира выпиты, а без чудодейственного средства я через пару шагов камнем упаду на землю.

— Тогда есть лишь одно решение! Нам надо найти «Книги Премудрости», в которых записан рецепт!

Магдалена в отчаянии покачала головой, беспомощные слезы покатились по ее щекам.

— Легче найти иголку в сене, чем выполнить эту затею, — всхлипнула она. — К тому же на нашем пути встали бы могущественные противники, желающие того же. Вспомните алчного Папу или этого таинственного доктора Фауста, искавшего «Книги Премудрости» в монастырской библиотеке.

— Почему вы так думаете, дева Магдалена?

— Перестаньте называть меня девой Магдаленой. — Магдалена поморщилась. — Я ведь не какая-нибудь знатная женщина, тем более дворянка, а обычная простая баба, циркачка к тому же. Называйте меня просто Магдалена, как положено. А я, вероятно, могу называть вас Венделин, как принято среди друзей!

Свинопас, примостившийся рядом с ней на траве, кивнул с довольным видом, взял ее левую руку, поднес ее к губам и поцеловал. Для Магдалены это было не лишено некоторой неловкости, но она не возражала.