— Эта слишком высокая и недостаточно… — Он, вытянув руки (в одной из них был бокал с вином), изобразил полные груди Кэролайн.

— Бюст должен быть больше? — прервала его мадам. — А рост средний?

Джеймс кивнул.

Модистка снова исчезла за портьерами.

— Где Сюзанна? — закричала она. — Мне нужна Сюзанна!

Через несколько минут мадам втащила в примерочную симпатичную молодую швею.

— Она такая, как эта девица, monsieurФеррингтон?

Джеймс улыбнулся.

— Да. Почти. Только немного, как это сказать, больше в верхней части.

— Я понимаю, — ответила модистка.

— И уже в бедрах.

— Мы все поняли, — сказала мадам, вытаскивая из примерочной Сюзанну, которая недовольно надула губки.

Джеймс сидел в кресле, с удовольствием попивая вино. Ему еще никогда не приходилось покупать женскую одежду. Это занятие казалось ему довольно забавным.

— Мистер Феррингтон, мне кажется, я слышала ваш голос.

Повернув голову, удивленный Джеймс увидел леди Лэвенхем. Она стояла в дверях примерочной. Встав с кресла, он поклонился ей.

— Миледи?

Некоторое время Джеймс и леди Лэвенхем пристально смотрели друг на друга. Женщина первой нарушила молчание.

— Вы удивились, увидев меня здесь, но поверьте мне, я удивилась гораздо больше, мистер Феррингтон, увидев вас в примерочной мадам Бертран, — сказала она, посмотрев на шляпную коробку и пакеты, сложенные возле его кресла. — Никогда бы не подумала, что вы интересуетесь женской одеждой.

Джеймс ничего ей не ответил. Конечно, он мог бы сказать, что купил все эти вещи для матери или сестер, однако ему больше не хотелось скрывать правду. Во всем, что касается Кэролайн, он должен быть предельно честным. И он больше никогда не будет называть ее кузиной!

Однако поведение леди Лэвенхем его не на шутку встревожило. Она стояла перед ним, гордо выпрямив спину, и с нескрываемой злостью смотрела на него своими холодными голубыми глазами.

— Неужели вы ничего мне не скажете? — требовательным тоном спросила она. — У мужчин, в какую бы ситуацию они ни попали, всегда есть наготове подходящие оправдания. Они с легкостью могут выкрутиться из любого положения. Мне бы очень хотелось услышать, что же скажете вы.

В этот момент в примерочную вошла мадам Бертран. Она привела с собой целую армию швей.

— Voila [15] , monsieurФеррингтон! Мы совершили чудо, — объявила она.

Леди Лэвенхем едва не зашипела от злости. Мадам Бертран застыла как вкопанная.

— Я не вовремя? — испуганно спросила она.

— Нет, что вы, — ответил Джеймс, облегченно вздохнув.

Француженка-модистка перевела взгляд со знатной дамы, лицо которой было искажено от злости, на мистера Феррингтона.

— Monsieur, мы, наверное, зайдем позже, — сказала француженка и, сделав знак помощницам, собралась покинуть примерочную. Однако леди Лэвенхем остановила ее.

— Нет, прошу вас, не уходите. Я не стану вам мешать. Мистер Феррингтон, прошу извинить меня за столь внезапное вторжение.

«Эта дама похожа на кобру. Чуть зазеваешься — и она тебя проглотит. С ней всегда нужно быть предельно осторожным», — подумал он.

— О, я бы ни в коем случае не стал называть ваше появление вторжением, — ответил он, добродушно улыбнувшись.

Леди Лэвенхем тоже улыбнулась ему вполне приятной и почти искренней улыбкой.

— Вы сегодня приедете на бал к лорду и леди Эндрюс? — спросила она.

— Да, я там буду, — ответил Джеймс.

— Очень хорошо, — сказала леди Лэвенхем, посмотрев на платье, которое держала в руках модистка. — Лина будет очень рада увидеть вас снова.

— Я тоже буду рад увидеться с ней, — галантно ответил Джеймс.

— В таком случае до вечера. — И леди Лэвенхем вышла из примерочной.

Джеймс нахмурился. Ему следовало вести себя с леди Лэвенхем более тонко, заранее продумывая каждое слово и каждую фразу. Однако она появилась так неожиданно, что он не успел собраться с мыслями. Теперь она может использовать этот досадный инцидент как повод для того, чтобы отказать ему. Да, она может не дать своего согласия на его брак с ее дочерью.

Глубоко задумавшись, Джеймс поднес к губам бокал с вином и сделал несколько глотков. «Ну и пусть она мне откажет. Меня это больше не волнует. По правде говоря, я буду даже рад, если она освободит меня от моих обязательств», — подумал он.

Мадам Бертран обратилась к нему с каким-то вопросом, заставив посмотреть на платье.

— Этот наряд предназначался для герцогини Бедфорд, но мы можем украсить его жемчугом. Примерно вот так. — Она приложила нитку мелкого жемчуга к лифу платья. — И тогда оно станет более нарядным.