Шрифт:
Она смотрела на него расширившимися то ли от страсти, то ли от испуга глазами, моля взглядом, чтобы он ее отпустил.
— Подумай о том, что я сказал, и приезжай снова.
— Я не могу…
— Нет, можешь и обязательно приедешь. Я уверен в этом. — Он опустил голову и прикоснулся губами к ее щеке. Она почувствовала, как от его прикосновений по всему ее телу стал распространяться жар, и испугалась.
— Дерек, я не в силах пока ничего понять, — прошептала она хрипловатым от волнения голосом.
— Придется. И понять, и кое-что для себя решить…
— Эй, Макгилл! — послышался зычный окрик охранника.
Не обращая внимания на крик стража, Дерек приблизил свои губы к ее рту.
— Подумай об этом, Сабрина. Подумай и сделай выводы, поскольку, когда ты в следующий раз сюда приедешь, я обязательно тебя поцелую. — Выпустив ее из своих объятий, Дерек сказал: — Даже в тюрьме есть место для любви и нежности. Ты взбаламутила мои чувства, и я не в состоянии держать их более под контролем, потому… потому что очень тебя хочу. Мне наплевать на твоего мужа — да и на всякого, кто скажет, что приударять за замужней женщиной дурно. Ничего дурного в этом нет, если люди испытывают сильное взаимное влечение…
— Так-так, Макгилл. Нарушаем? — проговорил охранник, направляясь в их сторону.
— Не мешайте! — не поворачивая головы, бросил Дерек, после чего вновь сосредоточил все свое внимание на Сабрине. — Сабрина! Ты слышала, что я сказал?
Сабрина заговорила дрожащим голосом, торопливо выживая из себя слова:
— Ты не должен говорить такие вещи, Дерек. Не долей даже о таком думать!
— Почему же не должен, если я это чувствую?
— Потому что я не знаю, смогу ли…
— Нарушаем, значит, Макгилл, — с угрозой повторил охранник, который в эту минуту подошел к дереву, за которым они стояли. — Ты что, не видишь, что время свидания заканчивается? Прошу извинить, мисс, но вам пора уходить.
У Сабрины не было сил пошевелить ни рукой, ни ногой. Она замерла на месте, словно обратившись в соляной столб.
— Подумай о том, что я тебе сказал, Сабрина. Хорошенько подумай.
— Макгилл! Ты напрашиваешься на неприятности, — сказал охранник, начиная плечом оттеснять Дерека в сторону.
— Я совершил убийство, Сабрина. Так что интрижка с замужней женщиной моей совести не обременит.
Дерек шагнул вперед, приблизил свое лицо к лицу Сабрины и, глядя ей в глаза, произнес:
— В следующий четверг я буду тебя ждать. На этом самом месте и в то же самое время.
— Дерек, я не знаю, смогу ли я…
— Я буду тебя ждать. — С этими словами он отошел назад, резким движением стряхнул с себя руку охранника, которую тот положил было ему на плечо, и стал холодным отстраненным взглядом наблюдать за тем, как Сабрина, отлепившись наконец от дерева, нетвердым шагом направилась по тропинке к выходу.
7
Через два дня у Дерека состоялась встреча с его адвокатом Дэвидом Коттрелом. Это был человек средних лет, имевший жену и двоих детей, а также вполне благоустроенный офис на Манхэттене. Он обладал мягкими манерами и никогда не повышал голоса; при всем том законы он знал назубок, а хватку в делах имел железную. Помимо всего прочего, он имел отличную репутацию и был лично знаком чуть ли не со всеми окружными прокурорами и мало-мальски выдающимися юристами штата.
Они познакомились с Дереком, когда последний работал над криминальным репортажем для программы «Взгляд со стороны», и быстро стали друзьями. То обстоятельство, что Дерек, несмотря на все его усилия, оказался за решеткой, приводило Дэвида в ярость.
Они подали несколько апелляций, но все они были отклонены.
Дэвид Коттрел приехал в Парксвилл, чтобы сообщить о последней апелляции, которую постигла та же участь.
— Приговор остается без изменений, — сказал Дзвид, швыряя свой портфель на небольшой стол в комнате, где проходили встречи адвокатов с заключенными. — Я-то хотел, чтобы тебя выпустили прямо сейчас, но у меня ничего не вышло. Ты уж извини.
Дерек стоял в углу, подпирая плечом стену. Одного взгляда на огорченное лицо приятеля было достаточно, чтобы понять: его миссия провалилась. Для Дерека в этом ничего удивительного не было.
— Брось расстраиваться, Дэвид. Мы же с самого начала не верили в успех апелляций. — Отлепившись от стены, он прошел на середину комнаты и в поисках розетки заглянул под стол. Обнаружив розетку, Дерек указал на нее адвокату, а затем вернулся на прежнее место. — В ноябре меня должны досрочно освободить — если, конечно, ничего непредвиденного до этого не случится.
Дэвид вставил вилку в розетку и включил магнитофоне из которого грянули разудалые аккорды рока. Поставив магнитофон на стул на небольшом расстоянии от обязательного «жучка», адвокат отошел к стене и встал рядом с Дереком.