Она проговорила все это на одном дыхании, нервничая и поминутно заглядывая Дереку в глаза. Она явно сожалело том, что случилось— это было по всему видно, и Дерек начал оттаивать.

— Я написала тебе три письма, но ни в одном из них не могла передать того, что я чувствую. Поэтому я решила писем больше не писать, а просто приехать и все сказать. Правда, я провозилась с Ники и приехала только во второй половине дня.

Пока она говорила, Дерек исподтишка, боковым зрением за ней наблюдал, вспоминая, какой она была в тот день, когда они познакомились. Неожиданно ему пришло в голову, что она с тех пор нисколько не изменилась и, как и прежде, излучает чистоту и женственность.

Постепенно сковывавшее его напряжение стало проходить. Даже боль притупилась и беспокоила его далеко не так сильно, как прежде.

— Почему ты не сказала мне о том, что вы с Ником расстались?

— Давай оставим этот вопрос. Боюсь, я не смогу на него ответить.

— Скажи в таком случае, что не заладилось у вас в браке с Ником?

Сабрина опустила глаза и принялась перебирать мягкие складки юбки.

— Так и хочется сказать, что проблемы со здоровьем у Ники напрямую связаны с проблемами нашего с Николасом брака, но это несправедливо. — Когда она говорила, ее голос прерывался от смущения. — Если бы мы с Ником жили хорошо и понимали друг друга, то нам и проблемы Ники так или иначе удалось бы разрешить. Многие семейные пары в момент испытаний еще больше сплачиваются и обретают подлинное единение.

— Почему же в вашем случае этого не произошло? — Сабрина ничего не ответила, и Дерек продолжил: — Ведь ты, когда выходила замуж, наверняка считала, что у вас все получится?

— Да, считала, — кивнула она, на минуту поднимая глаза, чтобы встретиться с его взглядом. — Ник казался мне человеком сильным, серьезным и целеустремленным — другими словами, самым что ни на есть нормальным мужчиной.

— Нормальным?

— Ну да, нормальным. Не таким странным, как мои родные.

— Ты что же — не любишь свое семейство?

— Я их люблю, но все мои близкие такие… хм… эксцентричные люди. Они живут своими книгами, и все было бы ничего, если бы они писали о чем-то связанном с реальностью, но им подавай экзотику. И дело даже не в том, что они пишут, а как они это делают. По двадцать часов, не отрываясь. Они могут войти к тебе в комнату и устроить страшный скандал — только потому, что у них что-то не заладилось. Но если работа идет успешно, они могут посреди ночи отвезти тебя в дорогой загородный ресторан и закатить пир на весь мир. А потом они снова уходят с головой в свое творчество и даже не спускаются к обеду, так то тебе приходится есть в полном одиночестве.

— И что же — все трое работают подобным образом?

Она кивнула.

— Это одна из причин, почему мама и папа не могут жить вместе и почему развелся Джей Би. Такой образ жизни мало способствует настоящему сближению между людьми.

— А тебе, значит, казалось, что с Ником вы такого сближения достигнете?

— Как-то ты скептически об этом говоришь.

— Я лично с ним не встречался, но мне говорили, что Николас Стоун не слишком коммуникабельный тип.

— Поначалу он был очень даже коммуникабельным.

— И сколько же длилось это самое «поначалу»? Год? Два?

— Ну нет, это продолжалось несколько дольше. До тех пор, пока Николас не стал работать по шестнадцать часов сутки. После этого у него не оставалось для меня ни времени, ни сил.

Дерек подумал о том, что, будь он женат, его жена могла бы сказать о нем примерно то же самое. Некоторые люди прямо-таки сдвигаются на своей работе, и Дерек относил себя к их числу. Только теперь, отсидев много месяцев в тюрьме, он стал постепенно приходить к выводу, что подобное имеет место в тех случаях, когда человек что-то недополучил от жизни.

— Но меня беспокоил не бесконечный рабочий день мужа, — продолжала Сабрина. — Плохо было то, что Николас стал уделять мне слишком мало внимания. Он говорил, что свободное время, особенно в том случае, если его почти нет, необходимо тратить с толком и извлекать из него максимум удовольствия. Этим самым «максимумом» для Николаса стали спортивные игры — гандбол, теннис и гольф. Кроме того, он посещал всевозможные светские мероприятия.

Сабрина замолчала и задумалась над своими словами. Уж не напоминает ли она, чего доброго, испорченную, капризную женщину, которая требует от мужа внимания и заботы в ущерб его деятельности? После минутного размышления она, однако, пришла к выводу, что жаждала любви куда больше внимания и заботы, а это — большая разница.

Она подняла глаза и всмотрелась в лицо Дерека.

— Ты ужасно выглядишь. Да и чувствуешь себя, наверное, соответственно?

Дерек хотел было пожать плечами, но вспомнил о своих травмах и передумал.

— Поболит, поболит — да перестанет.

— Ты очень бледен.

— Бледность — следствие пребывания за решеткой. — Он улыбйулся неповрежденной частью рта. Улыбка получилась слегка зловещая. — Ты, кстати, тоже очень бледна.

Она ответила ему слабым подобием улыбки.