Вообще городок производил приятное впечатление, чистый, аккуратный. С другой стороны, мы вроде как по главной улице ехали, но все равно, убрано здорово. Вон как в моем родном Питере пошла мода туристов по центру города на лошадях катать, так и Невский, и Дворцовая оказались завалены навозом, стойкий запах даже бензиновую гарь перебивал. А тут гужевой транспорт не экзотика, а повседневная необходимость. Нет, тут тоже попахивало, но едва ощутимо. И вообще, я от города, не располагающего привычными мне системами канализации и инфраструктуры, ожидал более неприятных запахов, особенно после вони, которая неслась из лагеря кормовых т’сареш, однако тут и близко ничего подобного не было.

На седьмом от ворот перекрестке (мы уже больше километра, наверное, проехали), повинуясь указаниям Шелли, свернули направо, на боковую улочку, и, проехав еще метров двести, остановились перед одним из домов. Трехэтажный домик ничем особым не выделялся. На улицу выходила часть фасада на пять окон, но, судя по тому, что виднелось из-за двухметрового забора, огораживающего двор, большая часть немаленького здания располагалась там. Вывеска над дверью опять же была буквенная, без поясняющих рисунков, и прочитать ее амулет помочь не мог.

Как только наша повозка остановилась, входная дверь тут же распахнулась, и на улице появился… орк. Самый натуральный орк. Здоровенная туша, даже в сгорбленном состоянии — двух метров ростом, а если выпрямится, так и больше будет. Вот только пропорции не человеческие. Ноги коротковаты, ступни по сравнению с их длиной непропорционально большие, бочкообразная грудь, да еще и ходит, сгорбившись. Руки перевиты толстенными жгутами мышц, свисают ниже колен, кулак размером со среднюю человеческую голову. А вот голова по размерам как раз как у обычного человека, так что на широких плечах теряется и кажется маленькой. Длинные черные волосы по местной моде собраны в хвост за спиной. Лицо вполне себе человеческое, нос, как у наших негров, здоровый, мясистый и приплюснутый, да его по ходу еще и ломали не раз и не два. Ну и основной расовый признак — здорово выдвинутая вперед нижняя челюсть и два клыка, торчащие вверх. Шкура весьма отчетливо отливает каким-то болотным зеленым цветом. На орке были грубые плотные сапоги, штаны из грязно-серой ткани тоже грубого плетения и простой кожаный жилет, позволявший подробно рассмотреть весьма внушительную мускулатуру. Левый бицепс украшала татуировка, абстрактный орнамент, вот не знаю, для красоты была сделана или несла в себе какой-то смысл.

— Госпожа Шейелена, — расплылся в весьма жуткой (с его-то клыками!) улыбке орк, — мы тебя так ждали, аж извелись все.

— Привет, Гарх, — сделала ему ручкой Шелли, — ты опять забыл, как я просила меня называть? Я же обижусь.

— Ах, ты только обещаешь, — как-то кокетливо улыбнулся орк и, сделав буквально один шаг, с видимой радостью облапил девушку. Но то ли не обратил внимания, то ли и в самом деле не заметил бинтов и перестарался с объятиями, потревожив раненое плечо. Девушка громко ойкнула. Орк отстранился и внимательно ее осмотрел.

— Ох, ты еще и ранена, нас не предупредили, — с сожалением сказал он, — мы бы уважаемого Иеронима пригласили. Голова сказал только, что на ваш караван напали и почти все погибли, и Энно тоже…

— Ну а я жива осталась, как видишь. А до лекаря меня майор отнесет, тут же недалеко. Вот только ребят на постой определим.

— Представишь меня своим спутникам?

— Да, конечно. Майор, позволь представить тебе Гарха, вышибалу и заодно совладельца этого самого опасного притона в Перевальном.

Орк склонил голову.

— Очень приятно, — на автомате ответил я. — Майор…

И только потом сообразил: он же меня не понимает.

— Ой, Гарх, я тебя забыла предупредить, — встрепенулась Шелли. — Ребята издалека и по-нашему не говорят. Но все понимают. — Она приподняла мою руку, на которой болталась «понималка».

— Ишь ты, эльфийские, — добродушно пробормотал орк. — Ничего, разберемся. Кстати, девочка, до того, как здесь повадилась останавливаться некая рогатая банда, этот самый притон был одной из лучших гостиниц города.

— Да ладно тебе, — засмеялась Шелли, — не такие мы и страшные. В общем, вот это, — она указала на меня, — их старший, майор. Вон тот, который с тебя размером. — Потапыч, который поменьше — Шестой, — представила Шелли сидевших в фургоне пулеметчика и священника. Потапыч приветственно махнул рукой, одновременно внимательно рассматривая внушительного по габаритам орка.

— О как, может, и родственники общие найдутся, — пробасил Гарх, тоже оценив нестандартные для этих мест размеры моего подчиненного. За полукровку его принял, что ли.

— Увы, но они все чистокровные люди, так что вряд ли найдете общих знакомых.

— Ну надо же, — искренне поразился орк, — это где ж такие-то вырастают?

— Места знать надо, — ехидно улыбнулась тифлингесса и, привлеченная какими-то звуками, высунулась за борт фургона, разглядывая что-то сзади. Я встревоженно спрыгнул на землю и увидел Стингера, удерживающего на весу за грудки какого-то гнома. Гном вопил что-то вроде «дерьмовая вонь», «дерьмовый переросток», «дерьмовые повозки» и что вообще не позволит он всякому дерьму вонять около его совсем не дерьмового магазина.