— Понимаю, понимаю, — кивнул маг. — Ладно, вы знакомы с моими расценками? Пятьсот медных за предварительный осмотр и первичную диагностику. Дальше уже по ситуации. Деньги вперед…

Шелли кивнула и протянула магу золотой, уже вынутый из кошеля.

Н-да, о клятве Гиппократа тут, похоже, и не слышали. Без денег подохнешь — никто не обратит внимания. Да и цены не маленькие, как я понял. Интересно, а как они поступают с теми, кто говорить не может, без сознания находится, например… Не кусают потом себе локти оттого, что прошли мимо богатого клиента?

Маг взял монету, бегло взглянул на нее и положил на стол поверх бумаг. А потом обратился уже ко мне:

— Ну-с, молодой человек, клади девушку на кушетку и подожди в соседней комнате.

Я аккуратно устроил Шелли на топчане, но уходить не торопился.

— Я хотел бы присутствовать, если это возможно. Да и наши методы обработки ран здесь явно не известны, могут потребоваться комментарии, — сказал тифлингессе.

Та кивнула и стала переводить магу. Иеронимус с возрастающим любопытством прислушивался к звукам моей речи, явно ему незнакомой. А после перевода и на меня стал поглядывать с возросшим интересом.

— Как тебе будет угодно, — выслушав перевод, ответил он, — хотя зрелище может оказаться весьма неаппетитным для непривычного разумного, да, весьма. В таком случае раздень пока твою знакомую, а у меня тут где-то была штучка, которая позволит нам обойтись при общении без посредника, да, без посредника. А то вполне возможно, что твоя спутница в какие-то моменты не сможет помочь нам понять друг друга.

И маг начал рыться в бумагах на своем столе. Хм, а он, похоже, старше, чем выглядит. Такую привычку болтать я довольно часто встречал у докторов, только гораздо более пожилых. Не знаю, то ли сосредоточиться им это помогало, то ли у них на старости лет просыпалось желание поделиться со всеми окружающими своими рассуждениями и знаниями… Я стащил с Шелли пыльник и начал осторожно снимать ее платье-рубашку, стараясь не шевелить раненые конечности.

— Ага, вот, нашел, — развернулся к нам маг и накинул себе на шею цепочку амулета, правда, совсем непохожего на мой. Какая-то сложная вязь металлических проволочек, сплетающихся в весьма замысловатую фигуру. — Не такой долгоиграющий, как у тебя, молодой человек, но на пару дней его заряда еще хватит. Если твои комментарии и впрямь пригодятся, я даже не стану включать его в счет. Ну-с, опиши мне в двух словах, что у нас с девушкой.

— Рваная рана задней верхней части бедра, частично задета ягодичная мышца, артерия не повреждена, — пожав плечами, стал рассказывать я, как привык описывать ранения в наших медчастях, зачастую грамотное описание ранения могло здорово помочь, так что пришлось научиться и этому. Надеялся, что амулеты все переведут правильно. — Закрытый перелом лучевой кости правой руки, был со смещением, но кость постарались вправить. Три параллельные колото-рваные раны под правой ключицей, одна сквозная. Что там задето — не скажу.

— Ну надо же, — искренне поразился лекарь, — где-то воинов начали учить не только отрезать поврежденные конечности, но еще и грамотно описывать, что именно они отрезают. А ты примечательный человек, — он еще раз пристальнее взглянул мне в лицо. — Да еще и чистокровный, ну надо же. И такая защита… Даже у нашего уважаемого архимага и то попроще будет. Если не секрет, кто тебе ее ставил?

— Не знаю. — Коснувшись этой скользкой темы, я начал осторожно подбирать слова, стараясь все же не врать, черт его знает, как работает эта самая защита и кто у них мысли читать умеет. Хотя… чтобы различить ложь, зачастую и мысли читать не обязательно, сталкивался уже. Но зачем врать, если в мире столько правды. — Пока с т’сареш не столкнулся, я и не знал, что у меня есть эта защита.

— Все интереснее и интереснее, — пробормотал маг. — Даже описание подобной защиты — это готовая диссертация для магистра ментальной магии, а уж разработка… Надо же, такая стабильность, самоподзаряжающаяся, да еще и с обратной связью и активными элементами. Искренне завидую тому, кто умеет такое делать. И шрам у тебя на лице интересный, видимо не повезло тебе встретить вместе с магом-менталистом еще и мага жизни. Не знаю, чем тебе нанесли эту рану, но свежую я бы, пожалуй, взялся вылечить и не оставить шрама, а сейчас если только следы от иглы уберу. Впрочем, я никогда не специализировался на лицевой хирургии. Если обратиться к специалисту… но и они вряд ли смогут восстановить мышцы, если только уберут след на коже, впрочем, не знаю, не знаю… Но возьмут дорого, очень дорого…

— Да я привык как-то, есть — и ладно, жить мне шрам не мешает, — ответил я.

— Гм, странно, очень странно. — Маг взглянул на меня несколько удивленно. — Обычно воины очень не любят показывать шрамы от ранений. Хотя… ладно, прошу простить, заболтался… С возрастом становишься болтливее, вот доживешь до моих лет, если, конечно, получится…

Да, он действительно гораздо старше, чем кажется. Впрочем, лекарь не только общался со мной, он все это время водил руками над ранами Шелли, лишь изредка кидая на меня острые взгляды. Мне показалось, что с его рук как бы стекало легкое марево, словно нагретый воздух поднимался от земли, что-то похожее. Это марево текло с рук в направлении ран и обволакивало их, повязки магу, по-видимому, не мешали. Я моргнул — и все исчезло, просто человек водил руками над ранами девушки. Черт… точно глюки начались от усталости. Ну не могло меня с крохотной кружки совершенно некрепкого сидра так развести, да и не чувствовал я никакого опьянения.

— Так, ну в принципе все понятно. — Маг отступил от девушки, встряхнул кистями рук и начала массировать одну ладонь другой, как бы разминая мышцы. — Молодой человек очень точно описал нанесенные повреждения. Раны для полевых условий на удивление хорошо обработаны и без применения магических методов. Да, на удивление. С бедром все просто, там все уже и так начало подживать, еще дюжина дней — и зажило бы без моего вмешательства, разве что шрам убрать. Полностью восстановить все могу прямо сейчас, только придется потом разминать ногу. Шестьсот медных, и то в основном за косметическое вмешательство, но следов никаких не останется, гарантирую. С рукой тоже почти все в порядке, кость, конечно, совмещена несколько неточно, но это можно поправить, ничего страшного. Тут ты несколько перестарался, второпях делали, заметно. — Лекарь несколько укоризненно посмотрел на меня.