Нопулука… варвар. Под прикрытием маски Пеппер поморщился. Опершись на отобранную у убитого макуахуишл, Пеппер сделал вид, что задумался. Он достаточно знал язык ацтеков, чтобы понять сказанное, но сомневался в том, что сумеет сразу хорошо говорить на этом языке: в последний раз он учился ему так давно… Пеппер коснулся горла, приспосабливая его к тому, чтобы говорить по-ацтекски.

– Соберитесь передо мной, – велел он воинам. Те нахмурились, услышав его плохой ацтекский язык с нарушенной грамматикой, но подчинились. Пеппер еще раз коснулся горла, чтобы улучшить произношение. – Опишите мне про однорукого человека.

Энергичный молодой воин, явно желая заслужить одобрение аристократа, торопливо заговорил:

– Их перебил человек с одной рукой. Мы видели это с опушки. Он должен был почтить бога войны своей кровью. Вместо этого он бежал. Братья велели нам оставаться здесь и ждать приказаний, но мы хотим преследовать святотатца.

«Интересно, сколько одноруких живет в окрестностях Брангстана?» – подумал Пеппер. Воины подошли к нему ближе.

Время действовать, пока они не окружили его: тогда разделаться с ними будет труднее.

Пеппер взмахнул макуахуишл левой рукой и размозжил челюсть ближайшему ацтеку; одновременно он выстрелил из пистолета и кинулся между растерявшимися воинами, нанося макуахуишл ломающие кости удары. Тех, кто после этого еще шевелился в лужах собственной крови, Пеппер спокойно пристрелил из их собственных ружей, чтобы не тратить заряды для своего пистолета.

Одного ацтека он оставил в живых, накинув на него сеть. Молодой воин забился в ней, споткнулся о жертвенный камень и упал.

– Тлатлаутили… – прошептал тот. – Умоляю – убей меня сейчас.

Пеппер присел над ним.

– Сколько здесь воинов? – спросил он на своем ломаном ацтекском.

Ацтек молча затряс головой. Пеппер фыркнул. Он мог бы прибегнуть к пытке, но многие ацтеки выдерживали пытки стойко. Этот парень выглядел молодым и неопытным, так что можно было попробовать и что-нибудь попроще. Пеппер посмотрел в глаза воину и вытащил из-под сети его правую руку, чтобы нащупать пульс.

Сделав несколько глубоких вдохов, Пеппер спросил:

– Вы пришли немногими тысячами, чтобы захватить людей для жертвоприношений?

Пленник моргнул и покраснел: это опровергало его согласный кивок в ответ на вопрос.

– Это Цветочная война? – Последовала пауза. Между разными областями Атцлана, насколько Пеппер знал и из древней истории, и из тех обрывочных сведений, что сохранились у него от предыдущего посещения Нанагады, иногда происходили ритуальные войны ради захвата пленников для жертвоприношений. – Это маленькая война? – Еще одна пауза. – Или большая? Воин усмехнулся.

– Мы захватим всю эту землю и будем править ею, как собственной. Мы уничтожим ваших богов в Кэпитол-сити. Мы захватим ваши машины и технологии, ваши… – Он умолк, когда Пеппер заломил ему пальцы так, что они почти легли на запястье.

– Будешь говорить, когда я спрошу, – прорычал Пеппер. – Тех ваших воинов, что идти вперед, десятки тысяч? – Он попал в точку: это сказал ему румянец, вспыхнувший на широком лице молодого воина. Все эти мелочи – вздохи, неосознанные жесты – говорили Пепперу больше, чем догадывались сами пленники.

– Нам приказали наши боги. Мы пройдем всю страну до вашего великого города.

Пеппер наклонился ближе к лицу ацтека. Узлы сети стерли с него часть раскраски.

– Как вы преодолели горы? Воин заколебался.

– С помощью дирижаблей? – спросил Пеппер. Выражение лица пленника сказало ему: нет. – Морских судов? – Тоже нет. – Вы где-то перешли горы? – Вот это вопрос в правильном направлении. – Где?

Ацтек стиснул зубы. Отвечать он не желал.

Пеппер обхватил правую руку пленника своими большими ладонями и сжал. Раздался треск: он сломал ацтеку пальцы.

Они пристально смотрели друг другу в глаза. Пеппер нажал сильнее и повернул кисть воина; тот не выдержал и застонал.

– Я уничтожить руки и ноги. Ты будешь калека. Ни чести, ни славы… – Пеппер пожалел, что не может более бегло говорить по-ацтекски. – Твои кости станут пыль, если ты не отвечать.

Раздался еще один стон, когда Пеппер снова нажал.

– Туннель, – прошептал воин. – Сквозь гору.

– Как долго рыть туннель?

– Много поколений. Так велели боги. Мы послушались.