Адаму взглянул на уснувшую рыбку на дне лодки.

– Ладно, мы поможем.

– Хорошо, – сказал Пеппер. – Вы кто такие?

– Мы – компания, – ответил Адаму.

– Компания?

– Такое прозвище, – пожал плечами Адаму. Он оглянулся, когда вторая лодка коснулась бортом первой. Мальчишка с копьем выпрыгнул из нее и попытался ткнуть копьем Пеппера.

Пеппер вырвал копье у мальчишки из рук, переломил и стукнул тупым концом нападающего по ребрам.

– Как его зовут? – спросил он Адаму.

– Тито.

– О'кей. Тито, – обратился Пеппер к скорчившемуся на дне лодки, ловя ртом воздух, пареньку. – Я же сказал: не надо в меня тыкать копьем. Я слов на ветер не бросаю.

Адаму закусил губу и сунул руку в карман, нащупывая золотой зуб. Еще несколько таких зубов, знал Пеппер, и жизнь их изменится; Адаму это было известно.

Если они поймают теотля, Пеппер сделает их богатыми… на несколько дней. Если ацтеки захватят Кэпитол-сити, это скорее всего не будет иметь никакого значения.

Первым делом Пеппер хотел, чтобы они нашли интересующий его объект.

– Да что мы ищем-то? – спросил Тито. Он по-прежнему смотрел на Пеппера волком. Однако золото есть золото, и делать то, чего требовал Пеппер, мальчишка не отказался.

– Что-то под водой. Подводную лодку.

– Вроде той металлической штуки, что выставлена в музее? – спросил Адаму. – Ее нашли на дне гавани. Никто не знает, как она работала.

– Может быть, – пожал плечами Пеппер. – Но держу пари – эта окажется деревянной. – Деревянной? – переспросил кто-то из компании. Пеппер кивнул.

– А как насчет защиты? – поинтересовался Адаму. – То, что прикончило лоа, обладает острыми когтями. – Паренек улыбнулся.

– Самое безопасное место для вас – прямо здесь. – Пеппер прищурился. – А теперь за дело, пошевеливайтесь.

Адаму послал свою компанию собрать сети. Через десять минут мальчишки прицепили к ним грузы, чтобы можно было тралить дно.

Пеппер следил за приготовлениями, потом сел в лодку Адаму.

Трео поднялся.

– Отвезите меня обратно! Я лучше вернусь в сточную трубу. Мне страшно!

– Трео, – ответил ему Адаму, – я не хочу, чтобы ты оставался один и тебя съела эта тварь.

Трео обдумал такую возможность и снова сел. Адаму начал грести. Трео съежился на носу лодки.

– А где сейчас теотль? – спросил Адаму.

– Может быть, следит за нами, – ответил Пеппер. Трео начал всхлипывать. – Не бойтесь. Сейчас он ничего не предпримет – пока мы не найдем его средство передвижения.

Пеппер закутался в свою куртку и начал насвистывать себе под нос.

«Выйди, выйди, где бы ты ни прятался, – беззвучно напевал он. – Выйди и поздоровайся с Пеппером».

После трех часов медленного продвижения между сваями Тито выпрямился в своей лодочке и бросил весло. Оно громко стукнуло по деревянной банке.

Пеппер оглядел свою команду, вынул из кармана еще один золотой зуб и поднял его над водой. Пальцы его разжались, и зуб, булькнув, ушел на дно.

Когда круги на воде улеглись, мальчишки вновь начали закидывать сети.

– Эй! – Крик родил эхо, прокатившееся над водой.

– Ага, вот оно! – Лодки замедлили движение: сеть обмотала под водой какой-то большой предмет.

Тито вскочил и с победным видом поднял весло. Когда они начали вытаскивать сеть, из воды показался двадцатифутовый округлый предмет из гладкого темного дерева.

Пеппер поднялся и снял куртку. Вытащив пистолет из кобуры на правом бедре, он перевел глаза в боевой режим и отдал приказание оружию.

Цвета потускнели, сменившись серо-зеленым изображением, которое давало ночное видение.

Кожа Пеппера горела. Сердце его удвоило темп ударов, и запасные вены наполнились кровью.

Пеппер выпрямился на корме лодочки, взяв на мушку опутанный сетью черный объект; он даже не покачнулся, когда Адаму послал лодку вперед.

Когда борт коснулся подводной лодки, Пеппер без звука взвился вверх и приземлился на темной поверхности. Она не имела видимых швов, но Пеппер вскоре нашел рычаг.

Он нажал на него одной рукой, и открылся люк; Пеппер наклонился над ним, целясь в открывшееся отверстие.

Тут же одним движением он вернулся в лодку.

Мальчишки смотрели на него, вытаращив глаза. Пеппер двигался с нечеловеческой скоростью, и дети, должно быть, гадали, что он собой представляет.

– Внутри никого нет, – сказал Пеппер.