Шрифт:
Дихана подождала, пока он отойдет на несколько шагов.
– Эмиль.
– Да? – Он продолжал идти.
– Не выходите из здания. Это опасно. Советник свернул за угол.
Они выглядят сломленными, подумала Дихана. Они видели, как все приходит в упадок. Они были свидетелями событий, ставших теперь легендой, потом падения перевала Мафоли, потом наступления ацтеков на Кэпитол-сити… Они смотрят в лицо собственной смертности, чего не делали уже очень давно.
Дихана могла бы их пожалеть. Она могла бы перестать испытывать в отношении них такую горечь…
Она отправилась составлять сообщение для жрицы лоа, чтобы дать знать о новом плане Хайдана.
Глава 37
Джон еще не вернулся, так что Оакситль вымыл руки, выбросил запачканную кровью рубашку и надел чистую, потом медленно намотал на руки веревку и встал рядом с дверью.
Сделав несколько глубоких вдохов, он приготовился ждать.
Через несколько минут дверь содрогнулась от сильных ударов. Де Бран не стал бы стучать, подумал Оакситль. Он размотал веревку и засунул ее между матрасом и досками кровати.
Когда он приоткрыл дверь, за ней стояли трое мужчин.
Человек с седыми дредами, прижав платок ко рту, закашлялся. Потом, сунув платок в карман, спросил:
– Где Джон? Джон де Бран?
– Его нет, – ответил Оакситль. – Я могу передать от вас сообщение.
– Нет, не нужно. – Глаза старика сузились. – Не могли бы мы подождать его здесь?
– Здесь довольно тесно, – пробормотал Оакситль. Горло у него пересохло, он с трудом дышал.
– Ничего. Я могу посидеть тут один.
Один из его спутников положил руку старику на плечо.
– Хайдан…
Хайдан. Командир людей-мангустов. Оакситль посмотрел на двоих воинов. У него нет никакого шанса с ними разделаться. Он чувствовал, что его мир рассыпается у него на глазах. Копьеметалка далеко, до нее не дотянуться. Воины-мангусты смотрели на него с подозрением. Их ружья были у них в руках.
– Ладно, почему бы не потесниться, – сказал Оакситль. Сначала пришедшие заколебались, потом Хайдан вошел, и двое воинов последовали за ним. Оакситль закрыл за ними дверь.
– Ну вот мы и разместились, – улыбнулся Хайдан. – А ты кто?
Оакситль молча приподнял рукав и показал татуировку. Люди-мангусты кивнули, но глаза Хайдана остались холодными. Чувствуя некоторую вину за то, что снова обманом пользуется братскими связями людей-мангустов, Оакситль прошел в ванную и закрыл за собой дверь.
Там в шкафчике лежали его принадлежности, которые он только что вынул из мешка, – наркотики, скальпели, ножи. Оакситль упаковал их в маленькую кожаную сумку, потом сел на унитаз и несколько раз глубоко вздохнул.
Возможно, ему придется убить их всех, чтобы добраться до Джона. Он может погибнуть в схватке. Или посетители могут уйти… Кто знает, как все повернется. Однако бог поручил ему раздобыть код, которому повинуется «Ма Ви Джанг», и это он должен сделать любым способом.
Оакситль нервничал. Если он погибнет, воля бога будет нарушена.
«Смерть – это освобождение, – прошептал он про себя. – Встретить бога – великая честь. Отдать свое тело земле – судьба человека».
Так по крайней мере ему говорили в школе. Оакситля больше тревожило то, что боги сделают с ним, пока он еще жив; а уж они непременно это с ним сделают, если он не преуспеет…
Дверь, ведущая в комнату, скрипнула; Оакситль в ванной насторожился.
– Джон, – сказал генерал-мангуст.
– Привет, Хайдан, – услышал Оакситль голос Джона. Оакситль сделал последний глубокий вдох и открыл дверь.
На секунду все взгляды остановились на нем. Джон поставил на пол бумажную сумку с покупками. Из нее торчал перевязанный синей ниткой пучок сельдерея.
– Что тут происходит? Хайдан поднялся.
– Ты нужен нам, Джон.
Джон уселся на кровать, и доски заскрипели. Двое воинов-мангустов встали по обеим сторонам двери.
– Я не полечу с вами на север. Я остаюсь, чтобы сражаться.
Оакситль сел на стул у маленького стола.
– Так ты скорее всего погибнешь, – возразил Хайдан. – Ты не такой уж хороший боец, у тебя всего одна рука.
– Тогда я погибну, – упрямо стоял на своем Джон.
– Брось, парень, – прошипел Хайдан. – Ты не из тех, кто сдается. Ты боец, уж я-то знаю. Я видел, как ты прорубался сквозь джунгли.
– Тогда было другое время, – покачал головой Джон.
– Ты испуган?