— Мне нужно идти. Это их уже привлекает.

Я схватила его за куртку.

— Не хочу, чтобы ты шел один.

— Клер должна быть здесь. Я не могу оставить тебя без защиты.

— А Бекс? Он может посидеть со мной? — спросила я, не сводя глаз с лица Джареда, а мозг вовсю трудился в поисках альтернативы.

— Бекс с Лиллиан, — ответил Джаред.

Я оценила его план: он прикрывал все важные точки.

— Джаред… — сказала я и крепче вцепилась в него.

Он привлек меня к себе:

— Если мы станем тянуть дольше, они сами к нам явятся, а мы этого не хотим. У нас нет выхода.

Я отшатнулась и закрыла глаза, мотая головой:

— Должен быть другой путь. Должен быть…

Джаред взял в ладони мой подбородок и погладил большими пальцами мои щеки:

— Пока твое сердце бьется, мое бьется тоже.

Я попыталась изобразить отвагу:

— Я люблю тебя. Скоро увидимся.

Клер положила мне на плечи свои теплые руки. Мы с ней вместе смотрели, как Джаред отъезжает от тротуара и его машина скрывается за углом.

У меня внутри все сжалось.

— Скажи мне, что с ним ничего не случится.

Клер развернула меня к себе и ухмыльнулась:

— Я не перебарщивала. Он вернется. А если его сильно достанут, он вернется с несколькими новыми дырками на ремне — отметками об убитых демонах. Джаред не знает поражений.

Мы поднялись наверх, я села на диван и попыталась расслабиться, чтобы Джаред не отвлекался на мои страхи.

Клер села рядом, не зная, чем заняться.

— Хочешь посмотреть телик? — спросила она и потянулась за пультом на кофейном столике.

— Нет! — резко ответила я.

Клер сдула челку со лба и некоторое время сидела молча. После долгой неловкой паузы она сделала глубокий вдох.

— Я была папина дочка, — задумчиво произнесла Клер. — Когда мы ездили в отпуск следом за твоим семейством, я, конечно, всегда страшно ревновала, если отец хвалил тебя или даже просто упоминал твое имя. Когда он уезжал с Джеком, я злилась, что с ним проводишь время ты, а не я. Мама пыталась объяснить мне, но… маленькой девочке, которая предпочитала проводить время с отцом, а не в парке развлечений, никакие объяснения не годились. Я отказывалась даже попытаться понять.

Глаза Клер потемнели.

— Когда Джек умер… я ненавидела его. — Она сглотнула. — Через час после этого отец почувствовал слабость, и я возненавидела тебя. Мой отец был архангелом. Я думала, что никогда его не потеряю. И вот он лежал и угасал, а я думала только об одном: как же так, я обладаю его силой, его быстротой и умом, я создана для того, чтобы спасать, и не могу сберечь собственного отца. Мне было очень тяжело, но Джаред переносил это еще хуже. Когда отец испустил последний вздох, я подумала, что Джаред умрет вместе с ним. — Клер закрыла глаза, и по ее щекам потекли слезы. — Сначала я злилась на него за то, что он пошел к тебе. Я чувствовала себя преданной. Теперь я понимаю, у него не было выбора. Ты была его единственной надеждой… только ты придавала смысл его существованию, и он нуждался в тебе. Ему необходимо было убедиться, что мы живем не напрасно. Теперь я вижу это, и я рада, что у него есть ты, а у тебя — он.

Я не замечала, что сижу с раскрытым ртом, пока Клер не посмотрела на меня мокрыми от слез глазами и не замолчала.

Она резко придвинулась ко мне:

— Я не должна была ненавидеть тебя. Отец любил тебя, как члена семьи, и обеспечить твою безопасность для него было так же важно, как защищать любого из нас. Это не означает, что он любил меня хоть сколько-то меньше, я поняла это только сейчас. Прости меня за то, как я с тобой обращалась.

Мне хотелось обнять ее, но я передумала. К моему изумлению, Клер зажала мою руку между ладонями.

Я покачала головой:

— Я перед тобой в долгу — за время, которое ты провела без отца, за мою жизнь… за Джареда. А ты мне ничем не обязана.

На лице Клер заиграла добрая улыбка, и она сжала мою руку:

— Забудем обо всем и начнем сначала.

Я собралась заговорить, но тут глаза Клер расширились, и в тот же миг она встала, повернувшись ко мне спиной. Я выглянула из-за нее и увидела, что входная дверь медленно открывается. Джаред вернулся? — мелькнула в голове призрачная надежда.

Но это был не Джаред.

Мужчина в угольно-сером костюме и галстуке вошел, обвел комнату взглядом, как будто приценивался к лофту. Когда пришелец улыбнулся мне, опущенные вниз руки Клер сжались в кулаки, да так крепко, что костяшки пальцев побелели.

Мужчина был невероятно красив: белоснежные зубы, аккуратно постриженные черные волосы гладко зачесаны назад. Сперва незнакомец показался мне благодушным, но, когда он пробуравил меня взглядом черных глаз, я съежилась.

— Как приятно видеть тебя, Клер, — произнес мужчина, и каждое слово сопровождалось шипящим призвуком.