– Можно, конечно, только, если тебе жизнь не дорога, - спокойно ответила женщина и поставила свою пустую кружку на стол.

– И откуда вы все это только знаете, тетушка Гильда?
– с уважением протянул Абрамка.

– А вот откуда, - тихо произнесла она и поддернула рукав своей просторной льняной блузки. Там, чуть ниже локтевого сгиба, стояла, уже потускневшая, бледно-синего цвета квадратная печать с почти неразличимым текстом внутри.
– Первый отборный наемный отряд графа Гаяна Ракницкого, сражение у Склочных болот, 2597 год. Как сейчас, все помню...

– Да, много с тех пор изменилось, - вздохнул старик, и в огромной комнате повисла долгая тишина...

– Знаете, Тук, что я сейчас придумала, - стоя у внешней двери кухни, внушала я старику.
– Ну, зачем вам со мной по двору ходить, ноги утруждать? Вы, лучше отдохните после обеда. Тем более что Хлыст и Колун сидят в тюрьме, а за ворота меня все равно не выпустят. Я, лучше Абрамку попрошу мне просмотр устроить. Если он, конечно, не очень занят. Ты не очень занят?!

– Нет!
– с готовностью крикнул мне подросток, помогающий Гильде убирать посуду со стола.

– Ведь, я хорошо придумала?
– вопросительно расплылась я Туку.

– Пожалуй, Вы правы, госпожа Вета. Думаю, худа не будет, но к шестичасовому колоколу жду вас здесь.

– К какому колоколу?
– переспросила я, но Абрамка, уже "бьющий копытом" у порога, махнул мне рукой:

– Я покажу. Пойдемте.

Мальчик выскочил на улицу, я же замешкалась на пороге, завязывая потуже шнурок на "графской" туфле и, краем уха, услышала приглушенный голос Гильды:

– Я вот, думаю, Тук - может и нашелся уже тот, кто прищемит хвост, и не только этой "солдатской кружке", Лулияне...

В просторном замковом дворе сегодня царствовал ветер, заставляя невольно ежиться от холода. После хорошо протопленного Гильдиного царства, в моем платье с разрезами было не особо комфортно. Но, подниматься за жилетом совсем не хотелось. Тем более что подросток уже махал мне рукой у дверей в конюшню. "Интересный выбор экскурсионного маршрута", - невесело хмыкнула я, и поспешила в его сторону.

– Я хочу показать вам, госпожа, где я живу, - объявил мне Абрамка и торжественно распахнул приснопамятную дверь.

Внутри, действительно, произошли некоторые перемены: солома, еще вчера надежно прикрывающая тайный лаз, была разнесена по противоположным углам отсека, обнажив по центру, свежую, еще сырую каменную "заплату" в стене на месте квадратного проема. На полу, там, где стоял на коленях наемник, кровь была качественно замыта. А вот мой "намордник", так и остался висеть на шесте в перегородке. Я пригляделась к нему и невольно поежилась: "Неужели, я вот с этой грязной тряпкой во рту пробыла половину дня?.."

– Да, лихо вы этого Колуна отделали!
– оторвал меня от созерцания вчерашнего позора, мальчишка.
– Его в башню двое волокли, а он даже ноги не переставлял. Научите меня так драться?
– и преданно заглянул в глаза.

– Конечно, Абрамка. Только, если у меня будет такая возможность, и ты найдешь подходящие палки, - добавила, уже на всякий случай.
– Ну, показывай свои апартаменты.

Подросток улыбнулся и тут же, позабыв о торжественности, рванул в сторону внутренней двери предбанника.

– А это наша конюшня, - дождавшись меня, махнул он рукой вглубь длинного светлого помещения с сильно характерным запахом.
– Только сейчас здесь лошадей нет - одни пасутся под деревней, а на других уехали по делам. Один Дубок остался. Он захромал на днях. Его конюх лечит. Хотите Дубка покормить?

– А это можно?
– уточнила я неуверенно.

– Конечно, - просиял в ответ Абрамка.
– Он спокойный, пойдемте, - и повел меня вдоль отсеков. Я таковых насчитала десять и оказалась где-то посередине конюшни...

Дубком именовался конь рыжей масти с волшебно пушистыми ресницами. Я протянула ему в смотровое окошко хлебную корку, специально для этой цели прихваченную Абрамкой с кухни, и затаила дыхание. Дубок понюхал мою руку и осторожно, одними губами, мягкими и бархатистыми взял кусок:

– Ух, ты. Мне понравилось.

– А то!
– усмехнулся мальчишка и двинул дальше по коридору, продолжая рассказывать.
– Тут все лошади хорошие, дорогие, но самая красивая, конечно, Молния. На ней сам Его сиятельство ездит. Только, характер у нее вредный. От нее даже эльф сбежал, который ей косы плел.