Когда все закончилось, Дейр рухнул на Кейси, тяжело дыша. Она обняла его и крепко прижала к себе. Пока он снова и снова целовал ее, щеки Кейси увлажнили — непонятно, его или ее? — слезы.

«Он любит меня. Дейр любит меня», — пронеслось у нее в голове, и Кейси ухватилась за эту мысль так же крепко, как обнимала своего Дейра.

Он любит ее, подумал Дейр. Господи, как же он ее любит.

Даже пересмешник, казалось, догадывался, как сильно он любит Кейси, потому что не прерывал своей любовной песни. Дейр вздохнул, ощущая себя как никогда счастливым. Кейси наконец-то принадлежала ему, и теперь настало время поставить последнюю точку, которая завершит эту главу его жизни.

Он приподнял голову.

— Мы поженимся, — нежно сказал он и улыбнулся, когда зеленые глаза Кейси поменяли цвет на золотой. — Как только разыщем священника.

Нужно было сразу отвести Кейси к священнику, с горечью размышлял теперь Дейр, слепо глядя на журчащую воду. Тогда не случилось бы ничего из того, что произошло. Но Кейси уговорила его подождать всего один месяц. Ей надо было сдать экзамены, и она хотела венчаться в семейной часовне в свадебном платье и фате своей бабушки, и чтобы на церемонии присутствовали вся его семья и их друзья.

Он ждал, когда женится на Кейси, долгие годы, сказал себе тогда Дейр. Неужели ему трудно потерпеть еще один месяц? Эта готовность ждать дорого ему обошлась. Он потерял своего лучшего друга, а хуже всего — женщину, которую любил. Теперь в жизни Кейси появился другой мужчина, и ему оставалось только надеяться, что они с Кейси останутся добрыми приятелями.

Дейра внезапно охватило пронзительное чувство тоски, отразившееся в его глазах, когда он взглянул на нее. Он прочистил горло, чтобы заговорить, но передумал и, лишь покачав головой, развернул лошадь. Тронув Буяна, он поехал прочь от ручья и своих воспоминаний.

Кейси догнала его на опушке и поехала рядом, не сводя с него озабоченного взгляда. На скулах Дейра выступили желваки, плечи были опущены, руки безвольно лежали на луке седла.

На миг ей безумно захотелось, чтобы она позволила Дейру отвести себя к алтарю в тот день. Тогда все пошло бы по-другому. Дейр бросил бы тушение скважин, и сейчас у них был бы ребенок. «Пустые мечты — удел дураков», — напомнила себе Кейси.

— Дейр, ты хорошо себя чувствуешь? — спросила она, когда озабоченность его состоянием пересилила ее осторожность и нежелание выдавать свое беспокойство.

Выпрямившись в седле, Дейр повернулся к ней с натянутой улыбкой.

— Да. Господи, до чего же хорошо снова прокатиться верхом, передвигаться по земле без этого чертова кресла. Сегодня я почувствовал себя самим собой впервые с той секунды, когда подорвал заряд. — Он замолк и неосознанно рассмеялся. — Прости, Кейси. Едва ли уместно рассказывать тебе, что я чувствую, но я, разумеется, должен поблагодарить тебя за эту чудесную прогулку.

— При чем здесь я? Ты сам со своим ослиным упрямством взобрался на Буяна.

Дейр направил жеребца вплотную к Солнечной Танцовщице и накрыл ладонью руку Кейси, покоившуюся на бедре.

— Но ты была рядом со мной, и твоя помощь сделала эту прогулку возможной. За это я и благодарю тебя. Спасибо.

— Я рада, что смогла тебе чем-то помочь, — ответила Кейси, мечтая, чтобы она могла помочь ему чем-то большим. — Для этого и существуют друзья, правда?

— Что ты хочешь сказать, Кейси? — мягко спросил Дейр. — Что мы с тобой снова друзья?

— А как же!

Кейси улыбнулась широкой светлой улыбкой, и на сердце Дейра сразу стало легко, впервые со времени их нелегкого расставания три года назад.

— Слава Богу. Мне очень тебя не хватало.

У Кейси перехватило дыхание, с таким чувством Дейр произнес эти слова.

— Мне тоже тебя не хватало все эти годы, — прошептала она.

— По два раза на дню я ловил себя на том, что набираю твой номер, потому что мне до смерти хотелось услышать твой голос. Однажды я даже сел на самолет и пролетел полмира, прежде чем осознал, что лечу домой — к тебе. — Дейр поднес к губам руку Кейси и поцеловал. — Спасибо, принцесса, что ты решила снова стать моей приятельницей.

Кейси смотрела на Дейра, не в силах произнести ни слова. Дейр снова раскрылся перед ней с неизвестной раньше стороны. Однако она не стала задавать никаких вопросов, и ее остановило не выражение незащищенности в его глазах, а собственная душевная незащищенность, призналась себе Кейси. У нее просто не хватило смелости спрашивать его сейчас о чем-то.

— Ладно, поехали домой, приятель, — сумела наконец выговорить она, справившись с собой.

— Как самочувствие? — спросила Кейси, входя вечером в гостиную. Дейр был молчалив за ужином, очевидно, мучился от болей, которые неизбежно должна была вызвать верховая прогулка, знала Кейси.