На асфальте валялись гильзы, темнели пятна крови.

Стрельба донеслась, едва вернулись отправленные на крышу разведчики. Звуки выстрелов раздались со стороны Советской площади, где располагался самый центр коммуны, ее сердце.

— Палят вовсю, — сказал Серега с улыбкой. — Пускай, нашим легче.

Но вслед за стрельбой прикатился звук, который вряд ли кто ожидал услышать — женский визг, причем не на один голос. А через несколько минут прибежал ушедший вперед по Ванеева дозор. Один из бойцов, тяжело дышавший, пучивший темные глаза, доложил:

— Там бабы! Десятка два! Прутся в нашу сторону!

— Часть одной из женских бригад вырвалась на свободу, — сообразил Кирилл. — А чего визжат?

— Нас увидели.

— От радости и все такое. — Серега хмыкнул. — Сейчас разберемся. Толик, давай…

Через пятнадцать минут к офисной высотке вывели толпу женщин в возрасте от тридцати до пятидесяти, испуганных, оборванных, исхудавших. Одна из них, в цветастом платке и яркой, хоть и грязной юбке, при виде Кирилла ахнула, точно обнаружила под столом мышь, и завопила во всю глотку:

— Вот он, девки! Вот он!

— Сын зари! — заверещал еще кто-то. Беглянки дружно повалились на колени.

Осталась стоять только одна, молодая брюнетка. Да еще и гордо вскинула подбородок.

— Поднимитесь, — сказал бывший журналист, чувствуя, что ему приятно такое поклонение, и одновременно стыдясь этого. — Я не царь-батюшка, чтобы мне поклоны бить, и не Отец Небесный, чтобы мне молиться.

Но тут в дело вступил Серега. Часть отряда превратилась в конвой, ахающих женщин повели прочь — сначала до оврага, а затем по безопасной территории в сторону Родионова, где их накормят и разместят.

— Придется выдумать, как такой прорве народа с голоду не умереть, — проговорил Толик, качая головой.

— Выдумаем.

Кирилл вспомнил жуткое видение в церкви, где его окружали трупы вперемешку с живыми. Погибшие от холода, истощения и болезней, загрызенные хищниками. Но еще не знающие о собственной смерти.

До трамвайного кольца дошли без проблем. Здесь Серега почему-то свернул с прямого пути, повел отряд в сторону Печер.

— У них дальше заслон, нам не пробиться, — объяснил он, поймав взгляд Кирилла. — Вдобавок надо с другим отрядом соединиться.

Они шли по тем местам, где не так давно в грозовую ночь удравший из коммуны человек пытался отыскать дорогу и уйти от погони, а по следам его двигался один из охранников, решивший, что смутное откровение Сына зари ему дороже сытого и теплого местечка надсмотрщика.

Кирилл помнил все так хорошо, словно это было вчера.

Вон в том доме, в ближнем к улице подъезде, они просидели целый день. Он спал на лестничной площадке. Вот гаражи, где укрывались от одного из патрулей. А там — детский садик, где случился их первый разговор, и посланник обрел первого и самого верного последователя…

Хотя тогда он еще не знал, что назовет себя «посланником».

С другим отрядом, во главе которого стоял Арсен, они встретились у следующего перекрестка, где на дороге лежал поваленный неведомым катаклизмом фонарный столб со светофором. Теперь под началом Сереги было шесть десятков людей — мизер, если мыслить категориями прежнего мира, но значительная сила по меркам этой новой войны.

Когда свернули на поперечную улицу, почти сразу наткнулись на следы той работы, что проводил Дериев — дом не просто разрушенный, а разобранный едва ли не до основания.

— Ничего себе! — удивился Кирилл, когда глазам его предстало здание, которое лопоухий тюремщик называл «бараком». Приземистое и вытянутое, с двумя печными трубами в разных концах и крохотной входной дверью.

— Чтобы беречь тепло. — Серега одобрительно кивнул. — И сортир рядом.

До деревянного сооружения, установленного над большой ямой, от дома было метров двадцать. Вроде бы близко, но если бежать туда морозной зимней ночью, в метель… Хотя устроить туалет в доме, где живет несколько десятков человек, не имея централизованной канализации, невозможно.

Вслед за первым «бараком» им попался второй, затем третий — рядом с тем местом, где Кирилл в составе бригады орудовал ломом, разделывая «тушу» высотного кирпичного дома. Опять вспомнились давешние товарищи по несчастью, тела которых видел только сегодня.

Здесь Серега и Арсен с Толиком сошлись в кружок, о чем-то поговорили.

Совещание закончилось тем, что один патруль двинулся в сторону Кузнечихи, другой направился прямиком к площади, а сам отряд, перебравшись через Васюнина, оказался в очередном заросшем овраге. Тут они вновь услышали выстрелы, но на этот раз все ограничилось несколькими очередями.