Она мечтала выпрыгнуть из машины и вдохнуть свежий воздух. Но она не могла этого сделать, во всяком случае, пока. Вместо этого Майада выпрямилась и, с интересом оглядываясь по сторонам, стала изучать витрины магазинов и прохожих. Багдад казался ей незнакомым, как будто она никогда не видела его раньше. У супермаркета люди нетерпеливо толкали тележки к входной двери. Майада заметила пожилую женщину с седыми волосами. Она со счастливым видом шла вперед и держала за крошечную ручку внука, который семенил рядом, радуясь окружающему миру. Несколько подростков разглядывали витрину магазина, в которой было выставлено спортивное снаряжение. Рядом с ними проходили двое мужчин: они смеялись, бурно жестикулировали и о чем-то болтали.

Между Баладият и Багдадом Аль-Джадида машина остановилась у четырех светофоров. На главной улице располагалось множество магазинов и супермаркетов, а отходящие от нее улочки вели к спокойным пригородным домам. До Багдада Аль-Джадида оставалось еще десять-пятнадцать минут езды.

Майада заметила на улице несколько женщин — наверное, родственниц. У нее кольнуло в сердце. Счастливые люди — гуляют, разговаривают, живут полной жизнью — и даже не подозревают о том, что в нескольких милях отсюда жестоко пытают прекрасную шиитку по имени Самара.

Майада тихо сидела и вспоминала телефонные номера и пароли, которые сообщили ей женщины-тени.

Вскоре они с Мамуном прибыли в район Багдад Аль-Джадида, и она сразу заметила Салама. Он, развалившись, сидел в старом «олдсмобиле» рядом с цветочным магазином под названием «Аль-Хадрае», что значит «зеленый». На нем были надеты темные очки. Майада истерично рассмеялась. Он был похож на полицейского «под прикрытием».

Она выпрыгнула из машины, и Салам вышел ей навстречу.

— Как дети? — воскликнула она.

Не ответив на вопрос, Салам заорал на нее: он был в ярости, что ее арестовали.

— Дура! Как ты попала в тюрьму? Полезай на заднее сиденье! — приказал он.

Махнув Саламу рукой, Мамун поспешил обратно.

Майада была так счастлива, что оказалась на свободе, что даже Салам не испортил ей настроения. Она на один шаг приблизилась к детям.

Салам завел мотор и заявил ей:

— Мы должны вновь пожениться. И как можно скорее.

Майада удивленно раскрыла глаза.

— О чем ты говоришь, Салам?

— Тебя отпустили на время. А потом снова арестуют. Я должен вывезти тебя, Фей и Али в Иорданию. Ты не можешь поехать одна.

Майада поняла, что он прав. У нее не было махрама, чтобы сопровождать ее на пути из Багдада. Если она хочет уехать из Ирака — а она этого хотела, — ей понадобится свидетельство о браке. И она быстро сдалась.

— Ну, разве что для того, чтобы увезти детей. Мы разведемся, как только я окажусь в Аммане.

Салам ничего не ответил.

— Салам! Мы сделаем это только в том случае, если ты согласен развестись, когда мы прибудем в Амман. В противном случае я найду другого мужчину, который женится на мне, хотя бы для того, чтобы сбежать из Ирака.

— Хорошо. Я согласен, — уступил Салам. — Но нужно торопиться. Ты сделала глупость, тебя арестовали, и тайная полиция не спускает с нас глаз.

Майада сидела и смотрела ему в затылок. Она радовалась, что больше не является его женой. И она будет ею не дольше, чем нужно для того, чтобы вывезти детей из Ирака в безопасную страну.

— Салам, ты не ответил на мой вопрос. Как Фей и Али?

— С ними все хорошо, — раздраженно ответил он.

Когда они подъехали к дому на площади Вазирия, Майада выпрямилась на заднем сиденье и стала смотреть через лобовое стекло. Она не видела своих детей, ожидающих ее возвращения, хотя рядом с гаражом ее бывшего свекра стоял в одиночестве щупленький печальный мальчик. Видимо, один из друзей Али, предположила она.

Как только машина остановилась, Майада, не попрощавшись с Саламом, выскочила из нее и побежала по тротуару. Отъезжая, Салам выкрикнул в окно:

— Мы поженимся завтра!

Худой мальчик посмотрел на нее и ринулся к ней. Неужели этот ребенок — ее Али?

— Мама! Мама!

— Али! — У Майады дрожали губы.

Али бросился в ее объятия, плача и восклицая:

— Мама! Мама! Ты дома!

Майаду душили слезы.

— Али! Дай мне взглянуть на тебя! Дай мне взглянуть на тебя!

Ее пухлый мальчик с детским личиком куда-то исчез. Вместо него появился серьезный молодой мужчина с темными кругами вокруг синих глаз.