И когда уже почти все выразили желание и готовность отправиться на поиски мисс Роу, она объявилась сама. С паутиной в волосах, пятнах на желтом платье с венецианским кружевом, она обнимала себя руками, было видно, что ее бьет дрожь, но глаза горели азартом, а на губах жила улыбка.

– Я… – Ей с трудом удавалось не клацать зубами от холода.

Камин был справа, в нескольких метрах, тепло манило, обещая негу, но Хлоя сделала шаг прямо. Еще один. Остановилась напротив Артура.

– Я выиграла?

Он кивнул, уже понимая, каким будет желание, понимая и ничего не предпринимая, чтобы избежать этого. Он мог бы свести все к шутке, акцентировать внимание на Хэнскрафте, Гейдж, Сейвудже – на ком угодно, прервать затянувшееся молчание пустой болтовней. Мог выразить беспокойство по поводу возможной простуды мисс Роу и попросить слуг отвести ее в комнату. Немедленно. Мог, но позволил ей говорить.

– Я могу пожелать все?

– Если это «все» касается одного из проигравших.

Он оставался серьезен, хотя видел во взгляде страх. Нет. Пусть решится сама. Решится ли? Тишина вокруг них накалилась или камин заиграл ярче пламенем?

– В таком случае… – Хлоя прикусила нижнюю губу.

Пухлую – отметил Артур. Раньше как-то не замечал.

– Я бы хотела…

– Ну, же? – подначил он, сомневаясь, что Хлоя сумеет произнести это вслух. Немыслимо! Леди никогда не позволит себе такое! Так скажут позже, так подумают позже, если она решится.

Вот и проверка. Пять лет безответной любви, говорите? Пять лет ничего неделания. И минута, за которую падаешь вниз, если не словят. Взбираешься вверх, если позволят. Не такой сложный выбор. Не такой простой выбор.

– Я бы хотела… – Хлоя не отрывала от него глаз. Больших, растерянных, молящих.

– Хотела?

– Хочу, – поправила себя Хлоя и с вызовом задрала голову. – Хочу, чтобы вы женились на мне.

Итак, игра в прятки окончена. И холостая жизнь так же? Начнутся будни супружества, крик детей в детской, запах миндального кекса к завтраку, теплая постель, пропитанная сексом.

– Попался, – тихий голос Хэнскрафта подтвердил собственные мысли.

– Так нечестно! – возмутилась мисс Далтон. – Никто не говорил, что можно пролежать в каком-то подвале и выйти замуж!

Леди поддержали возмущение мисс Далтон, а джентльмены разразились хохотом.

– Свадьба? – Артур поднес к губам руку Хлои. – Быть посему.

Так ли плохо жениться на девушке, которая тебя боготворит?

– Как только Гейдж и лорд Сейвудж обвенчаются, займем их места у алтаря.

Этой формулировкой Артур практически сказал «нет», хотя в тот момент никто даже подумать не мог, что свадьба лорда Сейвуджа и Гейдж не состоится.

Действительно, если бы Гейдж знала, что свадьбы не будет в любом случае, стала бы сходить с ума по поводу мисс Уолтер и миндальных орешков?

Или лорд Сейвудж. Давал бы в письме распоряжения подготовить особняк к предстоящему бракосочетанию, комнату для будущей леди Сейвудж, а главное – детскую? С учетом планов на вечер, он считал, что с последним медлить нельзя.

Да и Артур не взвешивал бы все «за» и «против» союза с мисс Роу, а сама мисс Роу не трепетала бы от близкого счастья.

Пожалуй, только лорд Хэнскрафт вел себя как обычно, выбрав в качестве изучения окно в своей спальне и уговаривая часы не торопиться с балом. Холостяков в ДримКарлейн осталось не так много, а мисс, пытающихся повторить подвиг мисс Роу, будто раза в два умножилось.

Скрываясь в комнате, он слышал, как мисс Далтон уговаривала Алистера принять участие в каком-то состязании, а скромная мисс Чартэс старалась оттеснить мисс Армоуз от мистера Викстера. Одним словом, жертвой в этой дамской охоте не станет только отстраненный и равнодушный. Его таким и считали.

Хэнскрафт невесело улыбнулся. Так проще. И он не собирался возвращаться к себе прежнему. Хотя, если бы не добровольное затворничество этим вечером, бокал бренди, нахлынувшие воспоминания юности, приведшие к рассеянности, он бы не стал причиной разрушенных надежд сразу нескольких человек.

Пустяк, казалось бы, случайность.

Продержавшись в спальне около двух часов, лорд Хэнскрафт спускался к обеду. Одновременно с ним на лестничной площадке оказалась мисс Карлейн.

– Изволите? – спросил он, подавая ей руку.